**Деймон – божество, рождающееся и умирающее вместе с человеком, ангел-хранитель (греч.)
***Так у автора.
(23.04.2003)
К Изиде
I.
Синкопы, противофазы, выламывание рук.
Ты делаешь шаг назад, я – может быть – два вперед.
Я – Синдбад-мореход, ты, наверное, птица Рух.
Выклюй мне оба глаза, что б я видел наоборот...
Я давно одержим переменой декораций и мест
бесконечных слагаемых, выпитых натощак.
Сумма не меняется – мы, видимо, еще здесь...
Нам так много дано и всё – можно (узнать бы – как!)...
II.
Когда я умираю, ты вонзаешь мне в пах стилет,
оживляя как Изида Осириса дважды в год.
Я душу тебя в газовой камере тысячу лет
и реанимирую всякий раз рот в рот.
III.
Ты припомнишь меня как позавчерашний сон.
Я узнаю тебя в предрассветной гримасе небес...
Мы живём в пирамиде с гомункулами за стеклом,
с голубыми глазами и плацентами наперевес.
Нарисуем нашу любовь на бумаге для папирос
или на старых купюрах с рамзесами на просвет.
Я придумаю нас обоих и свой вопрос.
И в одном из твоих отверстий найду ответ...
(04.04.2003)
И.Г.
Арматура ноябрьских струй,
обе тверди – железобетонны.
Перед трапом – один поцелуй
на прощанье в затылок (контрольный).
Внемаршрутный, вневременный рейс
на борту нежилого голландца...
Под собою не чувствуя рельс,
поезд свистнет зарезанным зайцем...
Парохода невидимый крен
ощущаем по бледности в лицах...
Равнодушный рассветный цемент
сквозь небесную шерсть просочится...
Я люблю отворение дня –
время мудрости и умиранья...
Так давно не хватает тебя,
что соскучился ДО расставанья...
Шапкой в небо подброшенный крик
станет вороном чёрным кружиться
и показывать синий язык,
точно колокол-самоубийца...
Барабана магический клик,
проворот – механически глухо...
Траектории нашей любви
разрывают от уха до уха...
(18.03.2003)
На дворе трава, в голове слова.
Резонанс с астралом вгоняет в тик.
Взмах руки смущает пустотой рукава,
как оклад – внезапным провалом в лик.
Радионуклидный текст расползается к ночи на
два десятка букв как данайский конь.
И табору едва ли дотянуть до утра
если хоть одна заглянет в мою ладонь.
Сквозь архипелаги – до обетованных островов.
Двигаться, пока не замерзнет ртуть...
Но самоеды не примут за своего
даже если срезать себя по грудь...
Как один француз прозорливо рек,
очевидно, вся эта муть – ля ви,
и река Амур остановит бег,
и мы умрём без жигулёвского и любви.
Впрочем, можно уверовать в вещь в себе
и понести её как знамя меж двух стихий...
То есть... в целом, безобиден и незаметен в толпе.
пока не прозреет вий.
(05.03.2003)
...век-волкодав...
(О. Мандельштам)
не ждёт ли нас теперь другая эра?
(И. Бродский)
из дебрей дезоксирибо... гунны и прочие тати,
монгольская кость, плацентами вросшие в хлябь небес...
рекламная кампания, начатая с распятия,
обеспечивала спрос на пару тысяч месс...
но... солнечные блохи в паху, в ноздрях – кокаиновый ветер,
колокольца под коромыслами, сонм черепичных кришн...
– Что это?
(Ленин?!)
– Это гора идёт к Магомету,
и Магомет перевоплощается в заводную мышь...
новое слово разума оплодотворяет муху,
муха родит двуногих и далее – не перечесть...
желтый кобель взметнётся, свистнет в Мудрое Ухо
и натянет струну золотую, орошая сухую жесть...
зомби нагорным маршем, понуря (гелио-) сферу,
черви в дырявых ладонях, за пазухой балыки...
Эта – отволкодавилась, и, значит, другая эра
(или вера?) нам выдернет
безгрешные
языки.
(24.02.2003)
Ты и я... Осиротевшие Гензель и Гретель, –
помечаем свои маршруты, теряя скальпы...
Нелюбимые дети. Сердце стучит как дятел...
Мы как Гензель и Гретель...
Мы как Бонни и Клайд...
Безнадёжный романтик... Назову себя Шикльгрубер...*
Ты – царица Израиля, прикинувшаяся ****ью...
Мы библейская пара... Лемуры вокруг нас (грубо!)
извергают потоки слюны пополам с проклятьями...
Ты в своём – ритуальном, я – с черепами в петлицах...
Мы любили друг друга на нарах в небесном бараке...
Я останусь снаружи. Люби свою боль, Царица...
Я пускаю зарин
по твоему знаку...
*«Назову себя Гантенбайн» – роман Макса Фриша. Шикльгрубер – настоящая фамилия Адольфа Гитлера. Также, в этом стихотворении имеется множество очевидных отсылок к фильму Лилианы Кавани «Ночной портье».
(14.02.2003)
Тишина минус плач, минус голос, прогиб, пробел,
звуковая дыра, отсосавшая крик рот в рот.
Ожидаемый фон отрицательных децибел
равен выстрелу внутрь, то есть выстрелу наоборот.
...По изнанке виска рикошетом скользя в отрыв,
пробивая навылет аудитивный вал,
звук срывается книзу в напалмовый антивзрыв,
уходя бесконечной грыжей в антиастрал.
Целина антислова – урановая руда,
утро нового мира, разомкнутая петля...
Абсолютный ноль – абсолютная ерунда.
Начинаем движение книзу, начав с нуля.
Антарктический холод минус твоё тепло,
герметичный blackbox* минус блиц, countdown**, пли...
Мы спускаемся ниже, чем «абсолютное зло»
к непорочным просторам тотальной антилюбви.
Ваши письма дойдут если их прожуёт огонь.
Вавилон. Строение два. Последний из этажей...
Ты иссушен как мумия, но – протяни ладонь –
