Мой собеседник плеснул себе раритетного вина.
– Темная владычица, я сталкивался с рефаитами только как пленник. Не поделишься своей историей и своим бесценным опытом. Хотелось бы понимать, чего они добиваются.
– С чего начать?
– С самого начала, хотя никто по-настоящему не ведает, где оно.
За полчаса я изложила все, что случилось со мной за год. Арест. Восстание. «Экстрасенс». Рантаны. Рассказала, кто такие эмиты на самом деле. От долгого сидения в купальне кожа на пальцах сморщилась. Умолчала я только про «Домино», о прочем же поведала без утайки.
Вье-Орфеля погрузился в раздумье.
– Так, значит, занавес наконец поднят. Сайен никакая не республика, а театр марионеток под предводительством монстра. – Он наполнил кубок. – В Париже мы почитаем картомантию за высокое искусство. Последнее время все чаще выпадает одна и та же карта. L’Impératrice. Всегда перевернутая.
Императрица. Женщина в венце из звезд. Неперевернутая, она сулит надежду, изобилие и процветание. Вверх ногами означает угнетение. Искажение естественного порядка вещей.
– Нами правят боги, – размышлял Вье-Орфеля, – а теперь нам предстоит идти на них войной.
– Война уже началась. Португалия капитулировала. Испания скоро падет. Нашира Саргас жаждет завладеть нашим миром, а я собираюсь ей помешать.
– Кто бы сомневался. Услыхав, что грядет битва за власть, я послал в вашу цитадель лазутчиков. Когда они доложили о тебе – бывшей подельнице, вознамерившейся превратить воровской сброд в армию, – стало понятно: в Лондоне зреют перемены. – Сиротка задумчиво поигрывал кубком. – Я разделяю твое стремление избавить мир от Сайена. Нам обоим известно, на что способны рефаиты.
– И понимаешь необходимость сотрудничать с Рантанами, – многозначительно добавила я. – Хотя после приключений в колонии от такой перспективы с души воротит.
– Au contraire[93]. Мой опыт свидетельствует, насколько важно это сотрудничество. Мощь рефаитов в сочетании с нашей бренностью.
– Ты бы согласился заключить временный союз с кем-нибудь из Сайена? – закинула я удочку. – С кем-нибудь, кто тоже питает ненависть к рефаитам?
– О ком речь?
– О Бенуа Менаре.
Маска откинулась назад.
– Менар… – пробормотал Вье-Орфеля.
– Да. Он презирает рефаитов, считает их ничуть не лучше паранормалов. И планировал периодически ссылать их во Второй Шиол. – (Сиротка не проронил ни слова.) – Знаю, у вас давняя вражда. И тянется она лет двенадцать, со времен Лиона, где Менар занимался неизвестно чем. Уверена, тебе совсем не улыбается работать с ним в связке, но спросить я обязана.
Дряхлый Сиротка умолк. И молчал так долго, что я испугалась, не проглотил ли он язык вместе с вином.
– Менар – безжалостный фанатик, – заявил Орфеля. – И ненавидит нас всем сердцем. Он бы сжигал нас на кострах, но не хочет, чтобы весь Париж провонял горелым мясом.
– Тем не менее он готов сотрудничать с паранормалами – на определенных условиях, разумеется.
– Откуда сведения, темная владычица? – прошелестел Сиротка. – Когда пересеклись ваши дорожки со Страсбургским мясником?
– Я проникла в его особняк в поисках информации по Второму Шиолу. Менар поймал меня с поличным, но, вопреки всякой логике, не убил, а предложил совместно истребить рефаитов.
– Тебе повезло. Обычно он с нашим братом не церемонится, – хмыкнул Вье-Орфеля. – Ну и как тебе его предложение?
– Пока не знаю. Хотелось бы услышать твое мнение. Вероятно, союз с ним – не лучшая идея. Мне она не улыбается совершенно. Но ведь Менар действительно ненавидит рефаитов и согласен заключить перемирие, лишь бы разделаться с ними. Он использует нас, а мы его.
– Менар вообще ненавидит всех и вся, – фыркнул Сиротка. – Не представляю, как можно иметь с ним дело, зная, какое чудовище скрывается под маской. Кроме того, Менар на дух меня не выносит. – Он пригубил вина. – Предлагаю… все хорошенько обдумать и вернуться к этому вопросу позже. А теперь позволь изложить мой план.
– Конечно излагай.
– В первую очередь мы должны избавиться от Человека в железной маске. Сколотим команду из четырех-пяти парней и застанем его врасплох. Как только он окажется за решеткой, моим скитальцам не придется больше прятаться.
Я кивнула.
– Потом соберем Синдикат на Лебедином острове. Я придумаю, как заманить туда великих герцогов, а когда они явятся, обвиню их в вероломстве. Хорошо, если они сознаются. А нет, придется драться.
– И тут в игру вступаю я.
– Именно. Мне нужен твой авторитет, чтобы переманить ясновидцев на свою сторону, иначе Латронпуша не одолеть, слишком много у него приверженцев. Без доказательств они не поверят, что он продался Сайену.
– У меня есть доказательства, подтверждающие причастность Латронпуша к серому рынку. Тот самый гроссбух, о котором я упоминала.
– Любопытно, – протянул Сиротка. – Можно взглянуть?
– Разумеется. Только он на поверхности.
