А на противоположном берегу бесновалась и выла нежить, маленький пятачок скалы был весь заполнен отвратительными существами. Принцесса, хоть и тряслась от холода, чуть не лишилась чувств, когда представила, что бы с ними было, если бы не этот безумный переход через реку.
Сверху над пятачком внезапно раздались крики — оставленные солдаты, видимо, привлеченные звуком выстрелов, подобрались к краю скалы и теперь показывали вправо. Симон приложил руку ко рту и проорал:
— Двигайтесь к переправе! К переправе!!!
Судя по тому, что солдаты исчезли, они поняли. Василина сжала ноги — вновь напомнил о себе переохлажденный организм.
— Я… я сейчас, — она быстро шмыгнула в ближайшие кусты. Байдек лежал без движения, но был в сознании, его била крупная дрожь. Он проводил принцессу взглядом и поморщился.
— Симон, антидот?
— Только на живые яды, Мар, — виталист достал из промокшей сумки ампулу-шприц, зубами надорвал упаковку и вколол другу в предплечье. — Сейчас волью в тебя столько, сколько смогу, но хватит максимум часа на четыре. Если бы я не был ранен, смог бы выжечь это из крови, а так только замедлю распространение яда. Через час-полтора начнет парализовывать. Потом кома и смерть.
Барон кивнул, терпеливо ожидая, пока Симон, положив единственную рабочую руку ему на сердце, выжигал яд в его крови. Это ощущалось так, будто у него резко поднялась температура. Мариана одновременно и колотило, словно от лихорадки, и было невыносимо жарко.
— Значит, у нас есть еще час, — произнес он и с усилием поднялся. — Вперед, ваше высочество, — кивнул он вышедшей из спасительных кустиков принцессе и снова попер вперед.
Василина со вздохом последовала за Байдеком. Железный он, что ли? Она чувствовала себя несчастной и виноватой, мокрая одежда липла к телу, сапоги стали натирать.
— Переправа в десяти километрах вниз отсюда, — вполголоса сказал следующий за ней Симон. — По этой местности не менее трех-четырех часов пути. Лошади здесь не пройдут, поэтому до переправы, где нас будет ждать отряд, пойдем пешком.
— А что произошло, — принцесса сглотнула, — что произошло после того, как я упала? Как мы оказались у берега?
— Вы потеряли сознание, а подняться наверх мы не могли — почва слишком рыхлая, нас могло похоронить заживо. Пришлось идти искать другой выход, — ответил виталист.
— Симон, — спросила она тихо, — а лейтенант Байдек, он… он насколько серьезно ранен?
Мужчина покачал головой и ничего не ответил. Василина получила ответ, когда пробирающийся вперед барон застонал сквозь зубы и рухнул. Они подбежали к нему — Мариан смотрел в небо и тяжело дышал.
Симон наклонился, провел над ним рукой, хмуро выдохнул.
— Что не чувствуешь?
— Ноги, — проскрежетал Байдек.
— Я понесу тебя, — виталист попытался поднять друга, но рука соскользнула. — Мы не успеем, Мариан.
— Плевать, — лейтенант словно выталкивал слова. — Бери принцессу и вали к переправе. Нужно доставить ее на заставу. Потом вернешься за мной.
— Мы не успеем, Мар, — с нажимом произнес виталист, роясь в своей сумке.
— Демоны тебя задери, Симон, это приказ! Вперед, без разговоров!
— Я никуда не пойду, — выпалила Василина и закусила губу — таким взглядом смерил ее барон. Он смог сесть, прислонился к стволу какого-то пышного дерева.
— Ваше высочество решила снова показать характер? — почти прорычал Байдек. — Или нам потратить время еще и на ваши уговоры? Развернулась и пошла! Ну! Нечего на меня смотреть!
Он почти орал, а она смотрела на него и понимала, что орет он не от злости, а от боли и отчаяния. И от своей слабости, которую не переносит. Вот такой момент женского прозрения.
— Симон дойдет гораздо быстрее без меня, — сказала девушка, наклоняясь и подбирая толстую ветку. — Он приведет помощь. А со мной ничего не случится.
— Что вы делаете? — устало поинтересовался Мариан. Он прикрыл глаза и будто выдохся, но, судя по ходящим туда-сюда желвакам, терпел невыносимую боль.
— Хочу развести костер, конечно, — спокойно ответила вторая Рудлог. — Симон, бегите, пожалуйста.
Виталист посмотрел на друга, потом на принцессу, кивнул, снял свое ружье, сумку и исчез в чаще.
Она собрала побольше сухих веток, нашла в сумке Симона зажигалку, развела костер. Пусть стояла жара, но одежду надо было просушить, вскипятить воды, если найдет в чем, напоить Байдека. Тот сидел у дерева, запрокинув голову, тяжело дышал и ни на что не реагировал.
Василина сняла с себя почти все, оставшись босиком в одной рубашке мужского кроя, развесила одежду у костра. Затем стала рыться в сумке.
— Что вы ищете? — глухой, хриплый голос. Лейтенант приоткрыл глаза и тяжелым взглядом смотрел на нее. Но она не станет краснеть, ни за что!
— Хочу вас напоить, нужно согреть воды. При отравлениях необходимо пить много горячей жидкости, тогда концентрация яда уменьшается.
Мариан попытался усмехнуться — его забавляла эта суета.
— Или он начинает действовать быстрее. Посмотрите в моей сумке.
