Сосед будет сверху полностью

Я зарываюсь ладонью в густые волосы и не стесняюсь требовать больше, а Дантес понимает меня без слов.

Он позволяет прижимать себя ближе, подхватывает мои подпрыгивающие бедра и держит, чтобы мне хватило сил. Он не прекращает движения ни на секунду. Он гладит меня между ягодиц и чуть надавливает туда, и весь мир перестает существовать.

Меня рвет во все стороны. Я натягиваюсь струной. Я не чувствую ног — только бешеную пульсацию и горячие губы. Его губы. Я закрываю глаза так крепко, что меня долбят яркие вспышки. Сжимаю колени так сильно, что голова Саши, кажется, вот-вот лопнет.

С выдохом и полустоном — отчаянным таким — упав на кровать, я тотчас сворачиваюсь клубочком. Будто заново учусь моргать, дышать и думать. Дантес заваливается рядом. Только не за спиной, а прямо напротив — лицом к лицу. И его губы блестят из-за моей смазки.

Блять.

Он прекрасен.

— Саш, я…

Тебя люблю, — хочу сказать, пока мозг в отключке.

— Кстати, от анального секса можно получить не меньше удовольствия, — выдает он с хитрющей улыбкой, и я закатываю глаза.

Его придурошность меня снова спасает.

— Давай после свадьбы, — отшучиваюсь я.

— Заметано, — звучит слишком легко, отчего у меня спазмом сжимает горло.

Для него все это игра.

Заткнись, Пушкина, — рычу сама на себя, — заткнись и получай удовольствие!

Собаки по очереди подают голос, и я отчего-то заливаюсь краской. Прячу лицо у Дантеса на груди, а мне в пупок упирается его стояк.

— Какие… планы? — выдавливаю, чтобы показать, что все хорошо, что я могу быть нормальной и не истерить.

Блин, ну скажи, пожалуйста, что хочешь побыть со мной!

— Ну, кроме того, что ты приготовишь нам офигенный завтрак… — почти мурлычет Дантес.

Я приготовлю все, что захочешь.

— Обед, — исправляю его, кивнув назад на солнце в окне.

— Или обед, — соглашается он. — Мы отпустим на свободу Шурика с твоей подружкой, а сами весь день будем трахаться в этой кровати. Как тебе такой план?

Я смеюсь и надуваю губы, подняв на него взгляд.

— И никаких свиданий и цветочков?

Саша широко раскрывает глаза и качает головой.

— Ох уж эти малолетки!

Теперь мы хохочем вдвоем, но я выскальзываю из его объятий, потому что этот день уже ждет меня. И он обещает быть охренительным!

— Да будет, будет тебе свидание! — летит в спину, когда Саше не удается меня поймать за ногу, как он хотел.

Я уже скрываюсь за дверью, когда слышу это, но специально возвращаюсь и заглядываю обратно. Этот Аполлон, не стесняясь наготы, закидывает руку за голову и с преспокойным видом ковыряется в телефоне.

— И цветочки будут?

Дантес ловит мой взгляд, а затем рычит и бросается ко мне с такой молниеносной скоростью, что я уже понимаю — собакам и обеду придется подождать немного еще.

Глава 18

Я забываю про все доводы против отношений с Дантесом быстрее, чем успеваю сказать слово «квиддич». Избыток отличного секса и вкусной еды делают это за меня.

Мы гуляем с собаками вместе, мы поливаем вместе цветы Робертовны. Мы готовим вместе: он послушно чистит картошку и режет ее кривыми разномастными кружочками. Дантес превращается в какое-то идеально нежное существо, и я таю от мысли, что все это происходит с нами. Я таю от того, как он меня хочет — буквально ежеминутно.

Мне кажется, что я практически всегда голая или полураздетая — можно не тратить силы на одевание трусов. Это любовная горячка, и она прекрасна.

Выползая на вечерний променад с псинами, я шагаю пьяной, нетвердой походкой. Тело болит от укусов, мышцы напоминают в лучшем случае желе, соски горят, а между ног уже ощутимо саднит. Я столько раз ходила в душ за этот день, что бросила расчесывать вечно мокрые волосы и теперь те висят сосульками. От меня пахнет мужским шампунем и дезодорантом, губы пересохли и покраснели, но я счастлива. Блин, я так счастлива!

Я затраханная, влюбленная, отупевшая вконец — это самая настоящая эйфория.

— Заводи подругу к Робертовне, у нас свидание, — криво ухмыляется Дантес.

А вот он совершенно довольный, как обожравшийся кот.

— Ты не устал? — хнычу я в ответ. Не желаю передвигаться.

— Вот именно что устал, — рычит он мне в плечо. — Мне срочно нужно оказаться где-то, где нельзя тебя раздеть. Если вернемся в квартиру и включим фильм, то не досмотрим даже до середины. Сил уже нет ебаться. Прости, Сань, но ты меня измотала.

— Чего? — Я бью его в плечо.

— Я серьезно! Ты какая-то нимфоманка, ей-богу. Я еле ноги передвигаю.

— Так и не трахался бы!

Я искренне возмущаюсь, а он искренне протестует.

— Да я пытался! — Дантес притворно хватается за голову. — Я честно пытался. Не вышло! Ничего с собой поделать не могу. Так что придется или запереть тебя на часок в ванной, чтобы дух перевести, или свидание — выбирай.

— М-м-м… — Представляю, как брошу разноцветные бомбочки в воду и почитаю фанфики. — Я выбираю ванну.