В воздухе висел запах пороха, сильный и едкий. Ошеломленный, как будто он только что попал в аварию, Эван отступил влево, открывая неподвижное тело Кена, лежащее лицом вниз на деревянном полу. Вокруг него растекалась лужа свежей крови.
Алекс издала крик, оборвавшийся, когда Эван схватил ее за руку, оттаскивая от двери. Он резко дернул ее, отчего она споткнулась и врезалась в стену с книжными шкафами напротив входа. Боль пронзила ее руку. Брук вскрикнула, когда Эван втащил внутрь и ее, потянув с такой силой, что она упала на пол недалеко от того места, где неподвижно лежал Кен.
Алекс быстро развернулась и застыла на месте, потому что Эван направил пистолет ей в грудь.
– О черт… черт! – простонал Эван. Он несколько раз провел рукой по волосам, тревожно дергая их. Пистолет в другой руке оставался неподвижным, хотя дыхание мужчины было прерывистым. – Вам двоим не стоило здесь появляться. – В его голосе было больше шока, чем злости.
– Это понятно. – Алекс затаила дыхание, ее сердце бешено колотилось. – Эван, Кен жив? Ему нужна медицинская помощь. Позволь мне позвать на помощь.
Эван невесело усмехнулся.
– Ни за что! – рявкнул он. – Алекс, брось свой телефон на пол. Сейчас же. Брук, ты тоже, и проверь у него пульс.
Поведение Эвана не оставляло у Алекс никаких сомнений в том, что случившееся с Кеном не было несчастным случаем, что ее сосед, скорее всего, совершил убийство. Учитывая наличие пистолета в его руке, Алекс не собиралась идти против воли Эвана. Ей нужно было думать о дочери, о своей собственной жизни.
Она бросила свой сотовый телефон на пол, но не рядом с Эваном. Ему пришлось бы попросить об этом, возможно, наклониться, чтобы взять его, и тогда, скорее всего, он оказался бы на расстоянии удара. Брук, которая все еще лежала на полу, по-видимому, пребывая в шоке, тоже достала свой телефон и тоже убрала его подальше от Эвана, возможно, рассуждая, как Алекс.
– Подвиньте их ко мне! – приказал Эван, используя пистолет, чтобы провести воображаемую линию от телефонов к месту, где он хотел бы их видеть.
Вот тебе и план. Алекс и Брук последовали его приказу.
– Теперь пощупайте ему пульс, – потребовал Эван. – Мне нужно знать точно.
Дрожа от страха, Брук взяла безвольное запястье Кена, затем надавила пальцами.
– Я не профи, – сказала она через мгновение срывающимся голосом. – Но я ничего не чувствую.
– Эван, пожалуйста, позволь нам помочь! – умоляла Алекс. – Возможно, он все еще жив.
– Да-да, – протянул Эван. – Возможно. – Каким-то образом ему удалось произнести это с облегчением и разочарованием одновременно. – Брук, не могла бы ты встать рядом с Алекс? – Махнув пистолетом, он указал направление.
Вежливость Эвана в свете сложившейся ситуации никак не укладывалась у Алекс в голове. Они с Брук стояли, прислонившись спинами к книжным шкафам.
Эван подошел к столу Кена, на котором были разложены архитектурные планы пристройки. Это перемещение создало для Алекс возможность сбежать, но она не осмелилась сделать рывок. Эвану потребовалась бы одна секунда – даже меньше, чтобы всадить ей пулю в спину.
Эван взял со стола полупустую бутылку Johnnie Walker Blue Label, драгоценного напитка Кена. Откупорил, поднес к губам и сделал большой глоток. Его сильно трясло. Он почти опустошил бутылку.
Заговорила Брук:
– Эван, пожалуйста. Будь благоразумен. Мы должны помочь Кену!
– Помочь ему? – крикнул Эван. – Помочь? Ладно, давайте
– Послушай, мы знаем о Мэнди, – вступила Алекс, – о том, что Кен сделал с ней в старшей школе, но это не причина для…
– Мэнди?! – крикнул Эван, оборвав Алекс на полуслове. – Какое, черт возьми, мне дело до Мэнди Кумар? Я говорю о своей
Глава 51. Летти
Я вижу, как моя мама вместе с Брук идет к дому дяди Кена, и следую за ней. Джей знает, куда я направляюсь, и не делает никаких попыток остановить меня. Интересно, известно ли моей маме то, что я только что узнала от Джея, – о фотографических доказательствах, которые я никогда не смогу выкинуть из памяти.
В тот момент, когда я переступаю порог дома дяди Кена, я понимаю – что-то не так. В воздухе тяжело витает странный запах. Я слышу голос Эвана, доносящийся из кабинета Кена.
– Она еще ребенок! – рычит Эван, и я сразу понимаю, о ком он говорит.
Фотографии в телефоне Райли были весьма откровенными.
Кен и Райли. Мужчина постарше, с которым она встречалась, – парень-с-зонтиком, – был отцом ее парня и моим дядей. Я тогда не разглядела его как следует, не заметила его машину у отеля и не увидела его лица в баре той туманной, дождливой ночью, но теперь, когда мне все известно, картина обретает абсолютный, ужасный, кошмарный смысл.
