– А почему бы и нет, Настя? Ведь я и переживаю…
Мама:
– Да за сыночка своего переживайте… Лет-то сколько! До сих пор с ма-а-амочкой живёт, алкаш… Пья-я-яница…
В чём-то мама права, и Мария Порфирьевна промолчала. Потому что поняла: этот разговор ни к чему не приведёт. И, как в прошлый раз, долго не засиживаясь, поцеловала меня, Свету и уехала, забрав брата к себе погостить. Ну а я остался. Так как нежеланный. Да и уезжать в принципе мне особо-то и не хочется никуда. Ведь теперь у меня есть сестрёнка, с кем весело проводить время. Это она раньше была маленькой, только и делала, что ела, какала и спала. А сейчас бегает, прыгает как кузнечик и разговаривает вовсю. Сестра для меня как друг, с кем поговорить и погулять можно… Андрей это видит, и ему нравится то, что хоть кто-то с его дочерью играет, пока он на работе.
Утро. Со вчерашнего дня мамы рядом нет. Она опять где-то пьёт. Андрей на сегодняшний день взял выходной. Умылся, пошёл на кухню разогреть нам покушать. Затем я и сестрёнка встали, умылись и за стол. Поели. Пошли в зал играть. Андрей с нами. Притворяясь быком, он катал нас по всей квартире. Весело так. И время пролетело мигом. Вот уже и обед. Поели. Немного посидели и решили выйти на улицу подышать свежим воздухом, мячик попинать. Оделись и пошли за угол здания. Туда, где я со Стёпкой и Русланом в «жопу» играл. И вот мы стали нечто подобное изображать, просто пиная мячик в стену здания. Солнце высоко и греет своими лучами. Сестрёнка бегает за мячиком, прямо как собачонка. И тут издалека виднеется мама. Она не одна, а с каким-то мужиком. Увидела нас, окосела лыбой на лице.
– О-о-о, дети…
Подходя, окликнула нас:
– Стёпа, Света!
А мы, не обращая на неё внимания, продолжаем дальше веселиться. Мама подошла к нам и говорит Андрею:
– Ты что, пидорас, детей против меня настроил?
А мужик тот стоит рядом с ней в таком же пьяном угаре, как и она. Андрей же просто взглянул на неё и продолжил пинать мяч то мне, то Свете. Маму это очень сильно разозлило. Она начала кричать уже и на нас:
– Вы, неблагодарные дети… Я вас родила…
Андрей, не дав закончить ей, подошёл и как со всей дури пихнёт. Мама чуть шею себе не ломает, отлетает и падает. Я закричал:
– Дядя Андрей, не трогай маму…
А мужик тот Андрею говорит:
– Ты, это, успокойся.
Андрей делает пару шагов, берёт этой же ладонью его за шею и давай сжимать. Мужик закряхтел, пытаясь освободиться двумя руками. А я уже заплакал.
– Дядя Андрей, ну хва-ати-ит!
Андрей ослабевает руку, мужик падает и начинает кашлять. А сестрёнка – умница, бегала с мячом, не обращая внимания на весь этот инцидент. А я стою, смотрю и вижу по лицу, что мама очень сильно разозлилась на меня и Андрея. Из-за этого у меня появился страх вообще к ней подходить. Но тут мама ближе к Андрею подошла и говорит непонятным голосом:
– Хочешь избавиться от меня?!
И пошла в сторону нашего подъезда. А мужик этот, кашляя:
– Настя, стой… Куда пошла?
Мама:
– Тебя ебать не должно…
И увеличила шаг, почти бегом. Андрей проводил её взглядом. Затем взял на руки Свету и вместе со мной пошёл домой. Заходим в подъезд, поднимаемся по ступенькам, открываем дверь и-и-и… запах газа. Андрей отпускает Свету и бегом на кухню. И услышал я сильный стук. Вместе с сестрёнкой проходим на кухню: мама лежит на полу, а из носа кровь идёт. Андрей открывает нараспашку окно кухонное. И я со слезами на глазах:
– Ма-ама-а-а…
И Света начала плакать. А мама, придя в себя, говорит:
– Дети, простите меня…
У меня появляется сожаление и любовь к маме. Открыв окно и перешагивая Настю, Андрей нарочно наступил ей на ногу. Мама от боли тихо взвизгнула:
– А-а-а…
Прошёл мимо нас и в комнате тоже стал открывать окна. А мама, взглянув на меня, спокойно попросила:
– Стёпа, сыночек мой любимый, помоги встать.
До сих пор пуская слёзы, я подошёл и помог маме встать. Она опёрлась обеими руками на стол, а затем медленно села на табурет. Схватилась руками за голову и стала плакать. Мы с сестрёнкой обняли маму. Она покрепче нас к себе прижала и начала, рыдая, повторять:
– Я устала… Я устала… Я устала…
Запаха газа уже и след простыл. Она успела только-только открыть конфорки, как Андрей ей помешал.
В квартире появился сквозняк. И Андрей стал закрывать всё окна. Мама ослабляет руки и замыкается в себе. Мы со Светой оставили маму побыть наедине с собой, и пошли мы в зал посмотреть чего по телевизору. Да и самим успокоиться. Андрей же ещё раз всё проверил, после чего надел шорты и лёг на пол смотреть вместе с нами «Том и Джерри». Сестрёнка, видя папу на полу, подползла к нему с деревянными игрушками и давай перед самым носом собирать домик. Игриво улыбаясь, Андрей начал ей помогать. И спустя минут десять я услышал шорох из кухни. Встал с дивана и медленно пошёл туда. Смотрю: мама стоит на табурете и что-то с верхнего шкафчика пытается достать. Я маму спрашиваю:
– Мам, что делаешь?
Ничего не отвечая, берёт оттуда блестящий шампур для шашлыков и слезает. Затем, взглянув на меня, улыбаясь, говорит:
– Я всё исправлю…
Прячет шампур за спину и пошла в комнату. Я от ужаса:
– Мама!
