— Мне импонирует, дорогой Максим, ваше умение быстро входить в тему! И, конечно, вы попали в самую точку! Только вот ведь какая закавыка получается… Уж не знаю почему, но моделировать прошлое тем легче, чем дальше оно отстоит от настоящего! На сегодняшний день научились моделировать прошлое, которое отстоит почти на пятьсот лет от начала Исхода!
— Так далеко…
— Понимаю ваше разочарование. Да, человечество в те времена еще не заявило о своем существовании! И заглянуть в то прошлое для вас будет все равно, что посмотреть фильм в стиле фэнтези! Но ведь, насколько я помню, этот жанр не чужд вашему интересу?
— Отнюдь!
— Тем более что вам предстоит увидеть не кино, а реалити-шоу из далеко прошлого Земли!
— Так значит, все-таки, шоу?
— Не надо хватать меня за язык, как говаривал небезызвестный персонаж из «Семнадцати мгновений весны». Тем более что я и не оговорился! Начну с того, что модель существует ровно столько времени, сколько задано, не больше и не меньше! После чего, она исчезает. Данные, полученные в ходе эксперимента, тщательно обрабатываются. Потом на их основании создается копия модели, как правило, уменьшенная. И вот она-то и служит предметом изучения для ученых мужей! Именно они решают, что разрешить к общему доступу, что оставить на откуп исключительно ученым, а на что наложить табу… Да-да, не удивляйтесь! Те моменты истории, которые необходимы для понимания концепции дальнейшего развития общества, конечно, должны быть общедоступны. Но и в прошлом и, чего греха таить, в настоящем существуют моменты, — в основном личностного характера — которые практического влияния на ход истории не оказывают. И, наоборот, их показ неподготовленной аудитории может существенно исказить понимание роли — а, значит, и значения — той или иной личности в истории! Поэтому зрителям, присутствующим на демонстрациях в Историуме, показывают отредактированную копию. Все события, которые подлежат показу, точная копия реальных — отсюда реалити! А удаление из показа некоторого количества эпизодов, которые имели место быть в реальности, вкупе с комментариями, которые сопровождают любой показ, наводят на мысль о шоу. Вот вам и реалити-шоу! Надеюсь, ход моих мыслей вам понятен?
— Более чем, профессор!
— Это радует! Тем более что и цифры на табло сменили цвет с зеленого на красный. Через минуту прибываем!
И, действительно, через минуту поезд остановился, и двери купе бесшумно растворились. Они вышли на платформу, дошли до эскалатора, и поднялись в вестибюль.
… - До начала демонстрации осталось полчаса. Время у нас есть. Но, если вы хотите получше ознакомиться с Ареной, — а именно так называется место, где будет происходить действо — то особо задерживаться нам не следует…
… Что с вами, Максим?! — обратился Каминский к Морозу, который вместо того, чтобы поспешать за профессором к лифтам в дальнем конце вестибюля, как вкопанный остановился перед афишей, которая была помещена на специальном стенде рядом с еще несколькими ей подобными произведениями рекламного искусства.
Каминский подошел поближе и досадливо поморщился, когда увидел, что именно так сильно привлекло внимание его спутника. На афише было изображено лицо рыжеволосого веснушчатого мужчины, лет сорока. Подпись гласила: «Приглашаем всех желающих посетить семинар по прикладной магии, который проводит профессор Рональд Уизли, Лондон, Земля. Семинар состоится в …».
… - Ну, право, Максим, вы как мальчишка! Знаете сколько в Англии рыжеволосых, веснушчатых мужчин по фамилии Уизли? Идемте, идемте! Не стоит тратить время на глупости!
Пойти-то Максим пошел. Но мысль типа «нет дыма без огня» еще некоторое время отвлекала на себя часть его внимания. Поэтому дорогу он запомнил плохо. Но когда перед его взором предстала Арена, все посторонние мысли тут же улетучились — настолько необычно было то, что он увидел… Представьте себе нечто среднее между пассажем и дворцом спорта. Сходство со спортивным сооружением придает находящееся в центре Арены демонстрационное поле, по размерам приближающееся к футбольному. Сходство с пассажем навевает ярусное расположение служебных помещений и мест для зрителей, которые прямоугольником располагаются по периметру поля. Сверху Арена перекрыта прозрачным куполом. Места для зрителей расположены со второго по четвертый ярусы. Причем второй и четвертый занимают ложи, а третий — галерея. С архитектурной точки зрения Арена выполнена в псевдоисторическом стиле, который должен, по всей видимости, создавать впечатление о том, что это сооружение простояло не одну тысячу лет. Ложа, в которой заняли места Казимир Янович и Максим, располагалась во втором ярусе, как раз напротив центра поля. Количество кресел в ложе — кстати, вполне современных и очень удобных — предполагало наличие шести зрителей. Но кроме Мороза и профессора в ложе больше никого не было, хотя другие ложи, как отметил Максим, были практически заполнены. Что ж, такое уважение приятно грело душу. Хотя это могло быть не столько уважение, сколько изоляция. А, впрочем, какая, в конце концов, разница? Главное — удобно!
