Итан выдавил улыбку.
– Все прекрасно, Меган, – сказал он. – Трудный день в школе. Уверен, вы знаете, что это такое. Но нет ничего, что не смогла бы исправить небольшая прогулка в «Сладкоежку».
– Что случилось, Бенджамин?
Бен смотрел вниз, на свои колени, в буквальном смысле слова роняя слезы в свой горячий шоколад.
– Это вроде как личное дело, – сказал Итан.
Его слова заставили Меган вскинуть голову.
Исчезла бойкая, милая хозяйка, которая радушно принимала его и Терезу в своем доме несколько вечеров тому назад.
– Личное? – переспросила она, как будто не понимала смысла этого слова.
Как будто Бен был
– В школе Сосен, – сказала Меган, – мы верим в общественный подход к…
– Да, личное. Типа как занимайтесь-своими-гребаными-делами, миссис Фишер, – вот такое личное.
Ее взгляд, в котором было неприкрытое потрясение и отвращение, полностью убедил Итана, что с ней никогда еще так не говорили. Уж определенно не говорили так с тех пор, как она очнулась в Заплутавших Соснах и получила эту должность, дававшую власть.
Меган встала, выпрямилась и уставилась на Итана сверху вниз так грозно, как может только учитель.
– Это наши дети, мистер Бёрк, – сказала она.
– Черта с два, – ответил Итан.
Женщина в бешенстве зашагала прочь по тротуару, а Бен вырвался из хватки отца и ринулся через улицу.
– Добрый день, Белинда, – сказал Итан, входя в офис шерифа.
– Добрый, шериф.
Она не подняла глаза от карт.
– Звонки были?
– Нет, сэр.
– Кто-нибудь заходил?
– Нет, сэр.
Проходя мимо ее стола, Итан постучал по нему костяшками пальцев со словами:
– Надеюсь, вы в настроении оттянуться нынче ночью.
Идя по коридору к своему кабинету, Бёрк чувствовал на своей спине ее взгляд, но не обернулся.
Очутившись в кабинете, он повесил шляпу на вешалку, подошел к шкафу и отпер дверцу.
До этого Итан открывал шкаф всего один раз; попытки избежать этого имели чисто психологическую подоплеку. Вещи в шкафу представляли то, что он ненавидел больше всего в своей работе, в этом городе. То, чего страшился с самого первого дня.
На медном крюке висел костюм его предшественника. Во время своего собственного «красного дня» Итан только мельком и издалека видел шерифа Поупа, и детали его наряда затерялись в страхе и панике Итана.
Вблизи наряд смахивал на плащ князя тьмы. Сделанный из пальто из бурого медведя, с подбитыми добавочным мехом плечами, он скреплялся на ключицах цепью с крупными звеньями. Мех торчал пучками в тех местах, где, как подозревал Итан, был забрызган кровью, слипся и засох. Но никто и не пытался вычистить одеяние, которое воняло, как дыхание падальщика, – гниющей кровью и разложением. Впрочем, все это не шло ни в какое сравнение с украшениями. К меху были пришиты скальпы каждого прежнего почетного гостя. Всего – тридцать семь. Самый давний напоминал вяленое мясо. Самый последний был все еще бледным.
На полке над плащом лежал головной убор, основанием которого служил череп абера с широко раскрытыми челюстями – в таком положении челюсти удерживались металлическими прутьями. К верхушке черепной коробки были привинчены оленьи рога.
На подставке, укрепленной на стенке шкафа, лежали меч и дробовик. Стразы, которыми они были усыпаны, поблескивали в свете потолочной лампы.
Зазвонил телефон, и Итан вздрогнул.
Какое редкое событие!
Он вышел из кабинета, обогнул стол и схватил трубку на пятом звонке.
– Шериф Бёрк у телефона.
– Вы знаете, кто говорит?
Хотя это было сказано чуть слышным шепотом, Итан узнал голос Теда.
– Да, – ответил он. – Как вы узнали, что я здесь?
Ну конечно же – Тед следит за ним со своего наблюдательного поста внутри
– А это безопасно – разговаривать вот так? – спросил Итан.
– Недолго.
– Они выяснят?
– Рано или поздно. Вопрос вот в чем – будет ли это важно, когда они выяснят?
– Что конкретно вы имеете в виду?
– Я нашел.
– Что именно?
– Ту штуку, которую мы ищем. Она была спрятана, и глубоко спрятана, но ничего нельзя по-настоящему стереть.
– И?..
– Не по телефону. Вы можете встретиться со мною в морге через двадцать минут?
– Конечно.
– Доктор Митер только что отправился к вам в участок. Вам лучше не мешкать.
Итан услышал в динамике чьи-то отдаленные голоса, и тут же – стук трубки, которую положили, когда Тед дал отбой.
Едва Итан тоже повесил трубку, телефон снова зазвонил.
– Привет, Белинда, – сказал он.
– Шериф, с вами пришел повидаться доктор Митер.
«Чтобы вернуть на место мой микрочип».
– У меня тут типа работа в разгаре. Не могли бы вы принести ему чашечку кофе и проводить его в комнату ожидания?
– Да, сэр.
Итан открыл глубокий выдвижной ящик слева, вынул оттуда свой кожаный ремень и кобуру и надел. Потом перешел к шкафам с оружием и отпер дверцы и выдвижной ящик среднего из них. Из ящика он извлек «Пустынного орла»[41], вставил магазин и сунул пистолет в наплечную кобуру. Потом снял с подставки ружье модели 389 с ложем, раскрашенным в камуфляжные цвета, с вороненым дулом и оптическим прицелом 4x32.
Телефон зазвонил снова.
Он схватил трубку.
– Да, Белинда?
– Э‑э… Вообще-то доктор Митер не хочет больше ждать.
