– Доктор, который не хочет ждать?.. Вы не замечаете в этом иронии, Белинда?
– Прошу прощения, сэр?
– Сейчас буду.
Итан повесил трубку и подошел к окну рядом с оружейным шкафом. Это было окно-слайдер. Он отпер его, приоткрыл, потом полностью выдвинул створку. Неуклюже перебравшись через подоконник, слез за рядом кустов, которые тянулись перед домом. Пробравшись сквозь цепкие кусты, рысцой побежал по улице.
Этим утром он приехал на работу на «Бронко». Итан открыл дверцу со стороны водителя и сунул ружье на подставку. Включив двигатель, он услышал через открытое окно, что телефон в его кабинете снова звонит.
Итан остановил «Бронко» на пустой парковке на Главной и подошел к застекленному фасаду «Деревянных сокровищ».
Кейт сидела за кассой и со скучающей, пустой пристальностью глядела в пространство.
«Возвращение от сверкающей крупинки свободы прошлой ночи к ежедневному рабству, которое считается жизнью в Заплутавших Соснах, должно быть сокрушительным», – подумал он.
Наверное, дни после тайных вечеринок были полны похмелья и резких граней реальности. Или не реальности, а того, что на самом деле представляли собой их жизни.
Итан постучал по стеклу.
Они сидели на скамье на углу Главной и Девятой. Центр города был пуст. Он больше не казался настоящим. Так могли бы выглядеть декорации фильма после окончания съемок.
Свет уже начинал меркнуть, солнце скользнуло за гряду гор на западе.
– Здесь можно говорить без опаски, – сказал Итан.
– Ты выглядишь ужасно, – сказала Кейт. – Ты вообще спал?
– Нет.
– Что случилось?
– Мне нужно знать, как найти тоннель под оградой.
– Зачем?
– Нет времени на объяснения. Ты была там?
– Один раз, – ответила Кейт. – Несколько лет назад.
– Ты проходила по тоннелю на другую сторону?
Она покачала головой.
– Почему?
– Боялась.
– Как мне его найти, Кейт?
– Там есть большой сосновый пень. Высотой с тебя. Толще любого другого неподалеку. Если он все еще там, ты не сможешь его проглядеть. Вход в тоннель рядом с ним, в лесной подстилке, он будет прикрыт сосновыми иголками. Думаю, уже очень давно никто не уходил на другую сторону.
– Тоннель заперт?
– Не знаю. Итан, что происходит?
Бёрк смотрел на нее.
Желая ей рассказать.
Желая ее предупредить.
– Тебе придется просто мне довериться, – сказал он.
Итан припарковал «Бронко» в стороне от чужих глаз в переулке за больницей.
Проскользнул через служебный вход.
На нижнем этаже царила абсолютная тишина.
Он спустился по лестнице в подвал, туда, где пересекались четыре пустых коридора, и двинулся к глухим двойным дверям в конце восточного крыла.
Последние несколько флуоресцентных панелей рядом с моргом погасли.
Он добрался до двери в полутьме.
Вошел.
Тед стоял у стола для аутопсии перед раскрытым ноутбуком.
Итан подошел; двери, качнувшись, закрылись за ним.
– Здесь безопасно разговаривать? – тихо спросил он.
– Я вырубил камеры наблюдения до подуровня больницы. – Тед посмотрел на наручные часы. – Но они пробудут в спящем режиме еще только десять минут.
– Где Пэм?
– Наверху, проводит сеанс психотерапии.
Итан обогнул блестящий стол и встал рядом с Тедом. Взглянул на холодильные камеры, раковину, весы для органов. Тед наклонил лампу для обследования от стола, и она озарила угол отвратительным блеском, оставив остальной морг в тени.
Ноутбук кончил загружаться. Тед ввел свое имя пользователя и пароль.
– Почему здесь? – спросил Итан.
– Что, простите?
– Почему вы захотели встретиться именно здесь?
Тед показал на экран.
Там шло видео. В HD-качестве.
Из угла под потолком камера смотрела на Алиссу.
– Блин! – сказал Итан.
Пристегнутую толстыми кожаными ремнями к столу для аутопсии.
К
– Звука нет? – спросил Итан.
– У меня не было времени его найти. Верьте, вы будете этому рады.
Алисса что-то вопила.
Приподняв голову над столом.
Напружинив каждый мускул.
Появилась Пэм.
Захватив горсть волос Алиссы, она рывком опустила ее голову на металлический стол.
В кадре появился Дэвид Пилчер.
Он положил маленький нож на металл и взобрался на стол.
Сел верхом на ноги своей дочери.
Поднял нож.
Губы его шевелились.
Алисса завопила что-то ему в ответ, пока Пэм удерживала на месте ее голову.
Пилчер поджал губы.
Склонил голову набок.
Вид его не был сердитым.
На лице его вообще не было никакого выражения, когда он пырнул свою дочь ножом в живот.
Итан отпрянул.
Пилчер вытащил клинок, Алисса корчилась в своих путах.
Черная кровь начала собираться лужицей на столе для аутопсии.
Губы Пилчера снова задвигались, лицо Алиссы исказилось в му́ке, и, когда Пилчер поднял нож для следующего удара, Итан отвернулся. Его тошнило, он сглотнул, чувствуя в горле привкус железа.
– Думаю, я ухватил мысль.
Тед подался к ноутбуку и что-то набрал на клавиатуре. Экран милосердно погас.
– И дальше все то же самое, – сказал Тед. – Снова и снова.
Итан почувствовал, что его трясет после этого зрелища.
Он подумал о черных дырах на теле Алиссы, которые видел в тот первый день в морге.
