Сотник полностью

— Здравствуй, дядька Серафим, — Алёна с уважением поклонилась. — Ты кабанчика колешь?

— Угу, — кивнула заросшая волосами харя, хоть и не шибко приветливо, но и без злобы. — Чего тут?

— Да Лушка-дура опять блажила, — небрежно отмахнулась богатырша.

— Гыы, безпелюха[42] безмозглая. — Бурей шумно почесался и поинтересовался, вероятно, в качестве изъявления своего особого расположения. — Надо чего, соседка?

— Да нет, дядька Серафим.

— Ну и ладно, — горбун собрался было слезать, но вдруг обернулся и указал пальцем на Сучка. — А ты кто?

— Дед Пихто! — плотницкий старшина не любил подобного обращения. — Плотник я — работу ищу! Могу и тебе что-нибудь поправить, если в цене сойдёмся.

— Дед Пихто? — Бурей причмокнул губами, будто пробуя что-то на вкус. — Ну и чёрт с тобой! — И скрылся за забором.

"Дозволил, жопомордый! А-а-а, ладно — не за тем здесь!"

— А ты что, и вправду плотник? — Алёна смерила Сучка оценивающим взглядом.

— Плотник, — мастер обрадовался такому повороту разговора и приосанился. — А тебе по плотницкой части помощь нужна, красавица? Или ещё по какой?

— Пока по плотницкой — крышу перекрыть. — Во взгляде женщины мелькнул интерес.

"Ага, по морде не приголубила, хоть и поняла всё! Ну, бабонька, хоть ты и богатырша, а поиграть не против! Вот и поиграем!"

— А ещё по какой? — Сучок широко улыбнулся, глядя Алёне прямо в глаза.

"Только не подмигнуть! Её этим не проймешь. И на титьки не пялиться!"

Некоторое время они играли в гляделки, потом женщина отвела взгляд, но не признавая своё поражение в безмолвном поединке, а по-женски переводя его в другую плоскость: вновь оценивающе пробежалась глазами по Сучку с головы до пят и припечатала:

— Ты сначала с плотницкой справься, а там поглядим! Куда вылупился? Иди, крышу смотри!

"От баба! Не-е, с такой скучно не будет!"

— Добро! Сколько за работу положишь, хозяйка? — вот тут уже можно было и подмигнуть, что старшина и сделал.

— Ты сначала эту работу посмотри, а потом о цене сговоримся, — Алёна понимающе усмехнулась и посторонилась, открывая проход.

— Как скажешь, хозяйка! — Сучок шагнул к калитке.

Но не всем такая благодать пришлась по нраву. Более того, нашелся тот, кто сильно возражал против такого оборота дел.

— Ты куда разлетелся, заморыш?! — в хриплом голосе за спиной братской любви не слышалось.

— А тебе какое дело?! — мастер резко обернулся.

"Трое! Один при мече! Без доспеха — и то хлеб! Ну, ничего, мы ещё посмотрим!"

— О, оно ещё и квакать умеет! — Первый из ратников издевательски подбоченился и засунул пальцы под воинский пояс. — Алёна, ты чего это себе заместо стоящего мужа лягуха завела? Больше некого?

Сучок едва не осклабился от удовольствия — это ж надо, как поперло!

"Ай, молодца! Вот ты эту богатыршу под меня и уложил! А за неё по морде получить не жалко!"

Алёна, как он и ожидал, побледнела от бешенства и набрала в грудь воздуха, чтобы ответить. Вот тут артельному старшине и пришло время действовать — такой момент никак нельзя было упустить!

— Ты как с честной вдовой говоришь, выпороток[43]? Зубам в пасти не тесно? — процедил Сучок, обращаясь к нахалу, и закрыл собой обалдевшую от такой защиты женщину.

— Ну, ни хрена себе! — Ратник повернулся к своим приятелям. — Откуда этот резвый в селе появился?

— Да Корней откуда-то блох нахватался, — сплюнул другой, и все трое прошлись по чужаку оценивающими взглядами. — Борзых.

— Слышь, мастер, уймись! Не твоё дело! — Алёна досадливо поморщилась и ухватила старшину за плечо. — Не по себе гуж взял.

— Не-е, красавица, теперь моё! — Сучок решительно дернул плечом, сбрасывая с него руку женщины, и засучил рукава. — Нечего тут всяким засранцам языком трепать!

Глаза Алёны распахнулись на пол-лица.

— Гы, во веселуха! — изрёк с высоты забора Бурей. Он вернулся на свой насест при первых звуках нового скандала и возился на нём, удобно устраиваясь в ожидании развлечения.

— Ну, гляди-и, заморыш! — Ратник презрительно сплюнул и, в свою очередь, засучил рукава.

Любопытствующие — и когда успели собраться? — резво шарахнулись в стороны.