«Судя по всему, необходимость реформ признается всем руководством страны, а их содержание является предметом борьбы между «консервативно» и «прогрессистски» настроенными лидерами. Последние склонны к поэтапному внедрению в партийную и государственную жизнь элементов управляемой демократии, способных, как предполагается, ограничить произвол чиновников. Пока нет никаких признаков того, что в качестве привлекательной модели китайской политической элитой рассматривается демократия западного образца. Китайские комментаторы часто указывают на пример демократической Индии, в конце 1940-х гг. опережавшей Китай по своему развитию, но к настоящему времени безнадежно отставшей по всем направлениям, как на свидетельство бесперспективности демократии в китайских условиях» [82]. И, наверное, не только в китайских условиях. Скорее не только пример Индии, а, в первую очередь, советской Перестройки. В [83] М. Лютова приводит прогноз развития Китая президента Всемирного банка Роберта Зеллика, который также предрекает падение темпов роста ВВП Китая с 10 до 5 % к 2026 г. из-за повышения доходов населения, а следовательно и роста стоимости рабочей силы. В качестве выхода из этой ситуации он рекомендует «либерализацию процентных ставок, повышение пенсионного возраста…. активнее развивать рыночные институты, сокращая присутствие государства в экономике…». Т. е. дальнейшее сползание к капитализму. На самом деле выход из кризисного пути в переходе на внутренний рынок, в удовлетворение потребностей китайских трудящихся. А этого можно добиться легче всего с увеличением доли государства в экономике, т. е. с развитием социалистического сектора. К тому же отход от преимущественной ориентации на внешний рынок позволит повысить устойчивость экономики. Китайским руководителям следует всё же вспомнить, что они строят социализм, и плановая социалистическая экономика имеет несомненные преимущества перед рыночной именно в условиях кризиса. Это показывает пример СССР: во время кризиса конца 20-х, начала 30-х годов прошлого века советская экономика развивалась ускоренными темпами именно из-за наличия планового управления экономикой, а в капиталистическом мире бушевал кризис.
<p>17.3. О будущем России</p>Теперь о будущем России, которое нас больше всего интересует. Реализует это будущее государство, которое является, как утверждает марксизм и подтверждает практика, орудием господствующего класса. Но, разумеется, не всего класса, а его верхушки, крупной буржуазии, а в России – это, так называемых, олигархов, получившие в результате чубайсовой приватизации бесплатно большие куски государственной (общенародной) собственности СССР.
Российское государство выполняет задачу удовлетворения интересов прежде всего олигархов. Т. е. действует с полном соответствии с марксизмом. Это подтверждает проводимая властями внутренняя и внешняя политика.
Внутри – это ликвидация социальных завоеваний советского периода, увеличение налоговой нагрузки на трудящихся, переход к платным медицине и образованию, усиливающееся стремление подавить в корне всякий социальный протест с помощью грубого нарушения властями законодательства (законов о проведении массовых мероприятий и о выборах,), а также закона о противодействии экстремизму, нечёткие формулировки которого позволяют установить в стране фашистский режим.
Ярким указанием на то, кому служит власть, является вступление России в ВТО. Вступление России в ВТО выгодно сырьевым олигархам, а тем предпринимателям, которые занимаются реальным производством, оно в основном не выгодно, поскольку их продукция не сможет выдержать конкуренцию с более дешёвыми иностранными товарами. Многие экономисты говорят, что вступление в ВТО по этой же причине окончательно угробит сельское хозяйство РФ.
