Третье теоретическое течение, подготовившее переосмысление морали в терминах биологии, связано с развитием нейронауки. Наука о нейронных основаниях морального сознания объединяет идеи когнитивизма, социальной психологии, эволюционной биологии и антропологии и представляет собой совокупность исследовательских областей, насчитывающих несколько различных направлений [Moll, de Oliveira-Souza, Zahn, 2008]. Концептуальными положениями, объединяющими эти направления и релевантными процессу биологизации морали, Мелони считает ратификацию интуитивизма и реанимацию морального чувства. В первом случае имеется в виду экспериментальная верификация идеи Дж. Хайдта об эмоционально нагруженных автоматических реакциях как ядре морального опыта. Центральной фигурой здесь является Джошуа Грин – один из пионеров экспериментального нейроанализа моральных процессов [Green, 2003]. В теоретическом плане Грин придерживается «дуальной модели», где эмоциональная и когнитивная области головного мозга связаны отношениями состязательности (а не соподчинения) применительно к продуцированию моральных суждений. Однако его эмпирическая работа способствовала переключению внимания нейроисследователей морали с высших когнитивных функций мозга на более архаичные эмоциональные механизмы, участвующие в генерировании морального. И хотя Грин неоднократно повторял, что нейронная данность не тождественна моральному долженствованию, его последователи единодушно демонстрируют возможность воздействия на моральные акты путем манипуляций эмоциональными процессами. Тем самым первостепенная роль автоматических аффективных реакций в выработке моральных суждений получает эмпирическое доказательство.
Еще более очевидные формы ренессанс философского нативизма принимает в работах нейроаналитиков морали, апеллирующих к категории «моральное чувство», которая была популярна в шотландской школе здравого смысла XVIII в. [The neural correlates of moral sensitivity, 2002]. Следуя духу шотландского Просвещения, современные теоретики морального чувства рассматривают его как механизм, посредством которого повседневные события помечаются моральными ярлыками. Моральная чувствительность в терминологии нейроаналитиков морали – это сложно организованная интеграция когнитивных, эмоциональных и мотивационных механизмов, которая способствует «моментальному считыванию» моральных следствий социальной ситуации; более того, врожденное моральное чувство оказывается предпосылкой этически окрашенной рефлексии, к которой человеческий мозг предрасположен точно так же, как к различению базовой цветовой палитры. В более категоричном варианте врожденная моральная чувствительность постулируется как автоматическое сопряжение повседневного опыта с теми или иными моральными понятиями, так что характеристику этического получает уже сам головной мозг [Gazzaniga, 2005]. В такой интерпретации речь идет об универсальном наборе биологических реакций на моральные дилеммы, или о своеобразной этике, встроенной в систему мозга. В своей крайней форме синтез нативизма и сентиментализма оборачивается идеей универсальной моральной грамматики - бессознательного механизма, позволяющего людям оценивать бесчисленные варианты действий и суждений в терминах позволительного, должного или запрещенного, констатирует Мелони.
В своей итоговой оценке плюсов и минусов новейшего интеллектуального поворота в осмыслении природного и морального Мелони занимает скорее критическую, нежели апологетическую позицию. С его точки зрения, новейший вариант
