Я -- Мария. Пожалуйста раздевайтесь, располагайтесь. Сапоги можете оставить здесь, прямо под вешалкой, -- указала она на протянувшиеся вдоль коридорчика крючки. Затем присела на корточки, обращаясь к Анюте: -- А тебя как зовут? -- Анюта, -- довольная собой произнесла девочка. -- А сколько тебе лет? -- Два годика, -- с самодовольством ответила малютка. -- Уже два годика! Ты совсем взрослая! Скоро мы тебя отведем туда, где много друзей. Вы не беспокойтесь, -- обратилась Мария к Инге, уловив ее вопросительный взгляд, -- это у нас такой порядок. Мы всегда во время больших сборищ отводим всех детишек в одно какоето место. Сегодня -- это будет у Зелинских, которые живут прямо под нами. Они скоро зайдут.
-- А кто же за ними смотрит? -- спросил Инга, ощущая какое-то недоверие к такому способу избавления от детей во имя собственного удовольствия.
-- А вот пройдемте, -- сказала Мария, выражая искреннее желание расположить к себе новую знакомую. Едва засунув еще не отошедшие от мороза ноги в туфли, которые взяла с собой на смену не очень новым и не очень красивым сапогам, Инга медленно последовала за хозяйкой. Из крошечного коридорчика хрущевской трехкомнатной "распашонки" они, сделав два шага, оказались в кухне, заполненной запахом салата "Оливье". На стекле той стороны кухонной двери, которая обращена к комнатам, висел список фамилий, среди которых Инга увидела и их.