-- Ой боже! Ну что вы такие серьезные! Уж не из Одессы, что ли?! -расхохоталась Нонна. -- Сашок, что сделалось с моей подругой? Она потеряла чувство юмора. Ее подменили, остудили в этой Сибири! В это время дверь распахнулась, и квартира наполнилась молодыми людьми, которые и манерой поведения и темами разговоров точь в точь как бы повторяли все вечеринки Сашиной лаборатории, где Инге пришлось побывать за это время. Нонна пыталась включиться в общую атмосферу, но безуспешно, и вскоре она стала проявлять все признаки человека, не знающего, чем себя занять и о чем говорить. Тогда она предложила Лине покормить девочек и уложить их спать. Уставшие от избытка шума дети мгновенно уснули, а Нонна подошла к слабо освещенной ночником зеркальной двери шкафа, который стоял в спальне у стенки, перпендикулярно кроватям, чтобы затянуть потуже пояс на платье, который расслабила, возясь с детьми. Неожиданно она увидела стоящего в дверях Олега и не успела даже крикнуть, как оказалась стиснутой в его объятиях. -- Ты что, с ума сошел?! -- говорила она тихо, боясь обратить внимание кого-либо на этот кошмар. Олег не обращал внимания на ее сопротивление и продолжал тискать ее, ища губами ее губы. -- Немедленно отпусти меня. Немедленно. Ты, я вижу, подонок, и тебе ничего не стыдно. Но как я буду смотреть в глаза подруге, выйдя отсюда. Олег, не обращая внимания на то, что она говорила, стал задирать подол узкого трикотажного платья, которое ему не подчинялось.