Социология. 2-е изд. полностью

Методы укрепления потенциальных мишеней преступления и политика нулевой терпимости к правонарушителям стали в последние годы популярными среди политиков и по-видимому в некоторых обстоятельствах оправдали себя, сократив число правонарушений. Но у такого подхода также есть слабые места, вызывающие критику. Укрепление потенциальных объектов преступлений и политика нулевой терпимости никак не воздействуют на скрытые причины преступлений, но нацелены на защиту и ограждение от преступлений определенных слоев общества. Растущая популярность частных охранных служб, охранных устройств на автомобилях и в домах, использование сторожевых собак и закрытых охраняемых поселков с пропускной системой — все это привело к тому, что людям стало казаться, что они живут в «бронированном обществе», в котором одни слои населения чувствуют необходимость защищаться от других. Такая тенденция наблюдается не только в Великобритании и Соединенных Штатах в связи с увеличением разрыва между самыми богатыми и самыми бедными гражданами, но она особенно заметна в таких странах, как бывший Советский Союз, ЮАР и Бразилия, где у тех, кто находится в привилегированном положении, сформировалась ментальность «людей, живущих в крепости».

Существует еще одно неожиданное последствие подобной политики: по мере «укрепления» излюбленных преступниками мишеней модели преступности могут просто передвинуться из одной области в другую. Например, оснащение противоугонными устройствами стало в Соединенном Королевстве обязательным для всех новых автомобилей, но этого не требуется для более старых автомобилей. И в результате мишени автомобильных краж сместились: вместо новых моделей автомобилей стали в основном угонять более старые автомобили. Подходы, основанные на укреплении мишеней преступлений и на политике нулевой терпимости, таят угрозу перемещения уголовных преступлений из лучше защищенных областей в более уязвимые области. В бедных районах или в районах, где отсутствует социальная сплоченность, вполне может произойти рост преступлений и правонарушений, если богатые регионы усилят свою защищенность.

────────────────────────────┐

■ Теория «разбитых окон»

Теория контроля связана с популярным курсом практических мероприятий, известным как теория «разбитых окон». Выдвинутая около двух десятилетий назад (Wilson and Kelling 1982), эта теория содержит предположение о существовании прямой связи между появлением беспорядка в том или ином регионе и собственно преступлениями. Если в каком-либо районе одно разбитое окно остается непочиненным, подобное событие как бы подает сигнал потенциальным преступникам, что ни полиция, ни местные жители не занимаются поддержанием порядка в данной общине. Со временем к разбитому окну присоединятся другие свидетельства беспорядка — граффити, скопление мусора, различные проявления вандализма и брошенные автомобили. Начинается постепенный процесс деградации, «респектабельные» жители этого района будут стараться уехать из него, и вместо них появятся «девиантные» новые жители — наркоторговцы, бездомные и условно освобожденные правонарушители.

Теория разбитых окон послужила основой для так называемой политики нулевой терпимости — подхода, при котором ключевым моментом для уменьшения числа серьезных преступлений считается расширение процесса поддержания порядка. Политика нулевой терпимости направлена против мелких преступлений и хулиганства в различных формах, таких как вандализм, шатание без дела, приставание к людям, выпрашивание денег, появление в публичных местах в нетрезвом виде. Считается, что жестокие меры, применяемые полицией против правонарушений незначительного масштаба, дают положительные результаты, сокращая число более серьезных форм преступлений. После явных успехов, к которым привела политика нулевой терпимости в Нью-Йорке, она стала широко применяться в больших городах Америки. Начав с решительной кампании за восстановление порядка в городском метрополитене (подземке), департамент полиции Нью-Йорка распространил свою политику нулевой терпимости на происходящее на улицах, ужесточив ограничения против нищих, бездомных, уличных торговцев и владельцев книжных лавок и клубов для взрослых. При этом не только резко снизился уровень стандартных преступлений (таких, как ограбления и кражи), но до самого низкого почти за сто лет уровня сократилось число убийств (Kelling and Coles 1997).