Социология. 2-е изд. полностью

Теория стигматизации важна потому, что она исходит из допущения, согласно которому один поступок не является изначально криминальным. Определения преступлений устанавливаются людьми, наделенными властью, — они формулируют законы и регламентируют их интерпретацию полицией, судом и исправительными заведениями. Критики теории стигматизации иногда обращали внимание на то, что существуют деяния, которые однозначно запрещаются практически во всех культурах, такие как убийства, изнасилования и грабежи. Однако такой взгляд, несомненно, неверен: в Великобритании, например, лишение жизни не всегда признается убийством. Во время войны уничтожение врага воспринимается положительно, и до самого последнего времени законы Великобритании не признавали изнасилованием половой акт, насильственно совершенный с женщиной ее мужем.

Теорию стигматизации можно критиковать более убедительно по другим причинам. Во-первых, делая упор на активном процессе наклеивания ярлыков, данная теория упускает из виду те процессы, которые привели к действиям, характеризуемым как девиантные. Дело в том, что определение некоторых видов деятельности как девиантных не является абсолютно произвольным: различия в социализации, настроениях и возможностях в известной мере обусловливают степень вероятности для тех или иных людей поведения, которое скорее всего будет оценено как девиантное. Например, дети из бедных семей чаще, чем дети более богатых родителей, совершают кражи в магазинах. Однако на воровство их, в первую очередь, толкнуло не наклеивание ярлыка, а окружающая их обстановка.

Во-вторых, не вполне ясно, действительно ли наклеивание ярлыков приводит в результате к большему распространению девиантного поведения. После признания человека виновным у него обычно усугубляется девиантное поведение, но является ли это результатом наклеивания ярлыка как такового? Возможно, здесь действуют другие факторы, например усиление взаимодействия с другими правонарушителями или знакомство с новыми возможностями совершения преступлений.

Публикация в 1973 г. Тейлором, Уолтоном и Янгом книги «Новая криминология» ознаменовала существенный отход от прежних теорий девиантности. Указанные авторы использовали элементы марксистской философии, стремясь доказать, что девиантное поведение выбирается сознательно и часто носит политический характер. Они отвергли идею предопределенности девиантного поведения такими факторами как биология, индивидуальность, аномия, социальная дезорганизация и наклеивание ярлыков. По их мнению индивидуумы активно решают, прибегнуть ли им или нет к девиантному поведению как к реакции на неравенство, царящее в капиталистической системе. Таким образом, члены контркультурных групп, признаваемых «девиантными», — такие, как последователи движения «Власть черным!» или движения за освобождение геев — совершали явно политические действия, направленные против социального порядка (Taylor, Walton and Young 1973). Теоретики школы «новой криминологии» сформулировали свое понимание преступления и девиантного поведения исходя из понятий структуры общества и стремления господствующих классов к сохранению своей власти.

Широкие перспективы, намеченные авторами книги «Новая криминология», получили конкретное развитие в исследованиях других ученых. Стюарт Холл и другие исследователи в Бирмингемском центре изучения современной культуры провели важное обследование явления, которое в начале 1970-х гг. привлекло к себе в Великобритании огромное внимание, — ограблений при нападении сзади. Несколько ограблений получили громкую известность благодаря средствам массовой информации и подогрели широкую общественную озабоченность новым взрывом уличной преступности. Грабителей в подавляющем большинстве случаев изображали чернокожими, и это укрепляло бытовавшее мнение, согласно которому вина за упадок общества лежит в основном на иммигрантах. В книге «Меры по преодолению кризиса» Холл и его коллеги утверждали, что моральная паника, вызванная ограблениями, поддерживалась как государством, так и СМИ, с тем чтобы отвлечь внимание от растущей безработицы, сокращения заработной платы и других глубоких структурных пороков общества (Hall et al. 1978).