— Слушай, разве эйо питаются не энергией космоса? Мне Роккена рассказывал.
— Только в состоянии плазмы и птицы. А пока в человеческом обличие, то и питаемся также, как вы.
Она очень ловко подхватила вертел и перенесла его вместе с тушкой на приготовленные заранее листья. Отломила заднюю ногу, которая оказалась довольно увесистой и протянула её мне на листе, похожем на лопух.
— Спасибо, только я столько не съем, хоть и голодная очень.
— Ничего, потом доешь. Мясо очень нежное и вкусное.
— Это ты его поймала? А что это за зверь? По виду чем-то на нашего поросёнка похож, только с рожками.
— Да, поймала сразу, как только прилетели, потому что тоже была голодна, да и силы восстанавливать лучше всего с помощью мяса. Как он называется не знаю, а сама не хочу называть здесь никого, но их здесь бегают целые выводки. Так что с едой нам повезло. Потом я тебе ещё покажу несколько деревьев с плодами, здесь неподалёку растут. Будешь сама ходить рвать, если понравятся, по мне так очень даже вкусные, а Тасе не нравятся, говорит, что приторные.
— А Тася — это твоя сестра?
— Да, Тазания. Но я её с детства называю Тасей. А её парня зовут Бернард.
— Они давно вместе?
— Давно, хотели пожениться, но судьба распорядилась иначе. Одно их радует, что они здесь вместе. Как говориться, хоть и долго нам мучиться придется, зато вместе проведем эти годы.
— Не говори так! Мы что-нибудь обязательно придумаем. Может подмога к нам придёт, у меня же маячок в браслете, — и я похлопала себя по пустому запястью, — был…
Шалея отвернулась, устроилась на настиле из веток, свернулась калачиком и закрыла глаза.
Я приуныла и вспыхнувшая было надежда погасла, не оставив и следа. Никогда мне не везло, а уж теперь даже не знаю с кем своё невезение сравнить: мало того, что незнакомые парни утащили на другой конец галактики, открылись какие-то непонятные способности, которые я никак не ощущаю, подругу потеряла, так ещё и сижу у чёрта на рогах с такой же несчастной, как и я, рядом с монстром, который собрался использовать нас в своих целях до конца жизни. Перспектива — так себе.
Что же делать? Думай, Нелька, думай! Должно же быть что-то, что может убить этого гада! Ни за что не поверю, что он абсолютно неуязвим. Моя деятельная натура была не способна долго унывать, и я начала заниматься любимым делом — думать и строить версии. Пока подруга по несчастью притихла, я решила, что мне пора осваивать свои способности, всё равно больше делать было не чего.
Сначала я решила повнимательнее рассмотреть поводок Шалеи, тем более её затылок был совсем рядом. Кончик серебристой ниточки торчал как антенна и немного вибрировал. Как я не пыталась рассмотреть невидимую часть нити — ничего не получалось. Обошла её, посмотрела с другой стороны — ничего. Придется медитировать.
Я устроилась поудобнее на травке рядом с головой эйо, закрыла глаза и попыталась отрешиться от окружающего мира. В какой-то момент у меня стало что-то получаться, даже разноцветные круги перед глазами начали мелькать от усердия, но, когда мне уже начало что видеться, кто-то впился мне в шею. Да ещё так больно и неожиданно, что я подскочила с таким воплем, что задремавшая Шалея сходу начала трансформацию в птицу, схватила когтями меня за комбинезон и подняла метров на десять над землёй. И всё это произошла за пару секунд. Вот реакция!
Я моталась из сторону в сторону, извивалась ругалась, как последний бомж у разбитой бутылки водки.
— Да отпусти ты меня!
Шалея тоже начала приходить в себя, огляделась, и, не найдя ничего опасного поблизости начала опускаться и превращаться.
— Ты чего так орала? Я чуть дурой не сделалась!
— Посмотрела бы, как ты себя вела, если бы тебя в шею укусили!
— Давай посмотрю, что там у тебя, — она пригляделась к месту укуса и стала серьёзной.
— Что там? Болит ужасно и как будто неметь начинает.
— Всё плохо. Невезучая ты какая-то. Не знаю, что тебя укусило, на что оно ядовитое — это точно. Место укуса начало синеть и расползаться по сосудам. Как ты себя чувствуешь?
— После твоих слов ещё хуже, чем до них. Мне даже кажется, что дышать тяжело становится.
— Не кажется. Расстегни комбинезон на груди и ложись. Буду спасать тебя, только постарайся не дергаться и не орать.
— Что ты собираешься делать? — прошептала я, потому что уже реально не могла говорить из-за отека горла.
— Буду яд высасывать через рану на шее, а потом постараюсь восстановить то, что уже повредилось. Будет больно, терпи.
— Она наклонилась надо мной, положила одну руку под шею, другую — на грудь и засветилась. А потом мою шею разрезала ужасная боль. Поскольку я дышать уже почти не могла, то и кричать у меня тоже не получилось, только корчиться и хватать ртом воздух, как рыба. Мне показалось, что в какой-то момент я потеряла сознание, а потом, когда в моё тело хлынул поток теплого и живительного света, я открыла глаза и поняла, что боли уже нет и дышится хорошо. Перевела взгляд на Шалею, которая сидела на коленях рядом со мной, опустив голову и тяжело дыша.
— Спасибо, — я попыталась подняться, но она остановила меня жестом.
