– У нас для этого есть все основания, – сказала Миа.
Она снова взглядом указала Мунку на диктофон, но Мунк опять покачал головой.
– Нет, нет, нет. Поверьте мне. Он ничего не сделал.
Хелене Эриксен была готова разрыдаться.
– Мне все равно, что вам рассказали. Вы
– Так что же, по вашему мнению, нам рассказали? – перебила Миа.
Светловолосая женщина на секунду замолчала, а затем продолжила:
– Насчет перьев, – тихо сказала она. – Иногда люди такие сволочи. Сплетничают. Почему нельзя заниматься своими делами? Я так зла, что…
– …что можете кого-то убить?
– Что? – переспросила Эриксен. – Нет, конечно, нет, я только…
– Вы были там? Или помогли ему, только прикрывая его? – спросил Мунк.
– Он же ваш брат, – сказала Миа. – Я хочу сказать, вас можно понять. Вы с ним очень близки, правильно? Сблизились после того, через что вы вместе прошли?
– Нет, вы сейчас… – запнулась Хелене. – Да не помогала я ему!
– Значит, он совершил это самостоятельно?
– Да нет же, Хенрик ничего не сделал. Вы что, не слышите, что я говорю?
– Но вы знали, что он, как бы это сказать, любит одеваться птицей?
– Это же было давно. Чертовы маленькие городки и бабы-сплетницы, иногда мне так это надоедает, пытаешься помочь другим, а в ответ получаешь…
– Так он покончил с этим? Перестал одеваться в костюм птицы?
– Боже мой, да, я же сказала…
– Как давно?
– Много лет назад, честное слово, этого не было уже с тех пор, как…
– Значит, вы признаете, что он любил одеваться птицей? – сказал Мунк.
– Да, но это же было раньше! Я же сказала!
Мунк заметил улыбку в глазах Мии.
– Это было до или после того, как вас забрали из Австралии?
Хелене Эриксен на мгновение затихла, как будто мысленно возвращаясь в то время, о котором больше всего хотела забыть.
– Не сразу после того, как мы вернулись домой, – медленно проговорила она. – Ему нужна была помощь, понимаете? Они его изуродовали. Это ведь не его вина. Это же не делает его убийцей? То, что какие-то чертовы подонки держали нас там, заставляли верить во все, что только возможно, наказывали нас за малейшие провинности? Я им горжусь, да. Вот что я вам скажу.
Хелене Эриксен снова привстала со стула, и на мгновение вновь стала той женщиной, которую они в первый раз встретили в садоводстве.
– После всего, через что он прошел. Он так хорошо справился. Да, я горжусь им. Немногим удалось бы то же самое. Он лучший человек из тех, кого я знаю. Я бы все сделала ради него.
– И именно это вы и сделали? – сказала Миа.
– Что?
– Когда вы поняли, что это он убил Камиллу? – спросил Мунк.
– Чт… что? – запинаясь, спросила Хелене. – Вы что, совсем меня не слушали?
– Нет, Холгер, – сказала Миа, бросив взгляд на Мунка. – Ты не это хотел спросить.
– А? – Мунк отвел взгляд от Хелене Эриксен и посмотрел на Мию Крюгер.
– Ты собирался спросить ее, когда у нее появилось
– Ах, да, прошу прощения за ошибку, – улыбнулся Мунк, повернувшись к Хелене. – Когда вы стали подозревать своего брата в убийстве Камиллы Грин?
– Нет, я не знаю, – сказала светловолосая женщина, нервно забарабанив пальцами по столу. – Вы хотите сказать, что, да, первый раз, когда я подумала про… да, как бы…
– Когда Хенрик вдруг возник у вас в голове, да, – осторожно подсказал Мунк.
– После той фотографии в газетах, да, точно. Когда я увидела, что земля в лесу покрыта перьями, – немного неуверенно сказала Хелене Эриксен, быстро посмотрев на них обоих. – Да, вы знаете. Там, где лежала Камилла.
– Потому что он не сразу закончил с этим? Ну, после того, как вы приехали из Австралии? – дружелюбно спросила Миа.
– Что вы имеете в виду?
– Одеваться как птица, – уточнил Мунк.
Хелене Эриксен посмотрела на них.
– Такие вещи же сразу не проходят, – осторожно сказала она. – Вы вообще представляете, как с нами обращались? Через что пришлось пройти Хенрику? Они запирали его в земляном подвале. Не один раз, а много. Мы были как подопытные кролики. Господи, мне же было всего три года. Хенрику – пять. Когда мы туда приехали. Вы знаете, что мы пережили? Мы думали, что это правда, понимаете? Неудивительно, что люди от такого болеют. Неудивительно, что им приходится искать место, где можно спрятаться, в своих собственных фантазиях.
– Так это прошло не сразу? Он продолжил этим заниматься? – спросил Мунк.
– Да, но, господи, как я им горжусь, как хорошо он все преодолел!
– Очень трогательно, – сказала Миа Крюгер, доставая конверт, спрятанный во внутреннем кармане куртки. – И при обычных обстоятельствах я бы посочувствовала вам обоим.
Она открыла конверт и положила фотографию на стол перед Хелене Эриксен.
Миа опять метнула взгляд на Мунка, на этот раз он кивнул, что пора включить диктофон.
– Время 18:25. Присутствуют начальник отделения полиции на Марибуэсгате, 13, Холгер Мунк, следователь по делам об убийстве Миа Крюгер и…
