Когда маэстра и Снтер добрались до ворот цитадели, площадь перед ней была освящена факелами, сами ворота лежали в темноте, тяжёлая решётка была опущена, но она уже снова поднималась наверх с громким лязгом тяжёлых цепей.
Они стали ждать, затем лейтенант охраны нырнул под решётку и подошёл к ним, чтобы отдать честь маэстре.
— Что случилось, лейтенант? — спросила маэстра.
— Я послал двух своих людей к Ярморочным воротам для смены, рекрута Меча Мосриля и рекрута Копья Ансина. Но только Ансин вернулся, и был так напуган и истощён, что потерял сознания на моих руках. У него даже не было с собой меча, и он всё ещё не пришёл в себя. Я забил тревогу и запер ворота. Первый горн сейчас тоже будет готов!
— Значит мы не знаем, что произошло у Ярморочных ворот, — заметил Сантер.
— Да. Только то, что там что-то случилось.
Все трое оглянулись на ворота, где решётка снова поднялась настолько, чтобы могли выйти солдаты первого горна Шестого легиона Быков. Их было девять человек, которых возглавлял лейтенант Меча с арбалетом среднего размера на правом плече. Рукоять его двуручного меча выглядывала из-за левого плеча вместе с колчаном, наполненного болтами.
Первый горн состоял из самых опытных солдат ночного дозора, и они моги свободно выбирать своё оружие. У двух солдат были алебарды, трое других вооружились длинными мечами и щитами. Однако наиболее очевидным отличием от обычных солдат были шлемы, на лицевой стальной пластине которых были выбиты маски, лица которых смеялись, плакали, выражали гнев или демонически улыбались. Здесь, посреди ночи, в свете луны и мерцающих факелов они выглядели почти жутко.
У лейтенанта Меча маска была ещё поднята, и теперь он отдал честь маэстре.
— Вы будите сопровождать нас, маэстра? Если да, то держитесь позади, пока мы не очистим территорию.
— Мы не только будем сопровождать вас. С этого момента я беру на себя командование. Вы будете следовать инструкциям штаб-лейтенанта Сантера. — Маэстра говорила так спокойно, как будто делала подобное по десять раз на день.
Лейтенант посмотрел на Сантера, окинул взглядом его салатово-зелёную униформу и пожал массивными, защищёнными металлом плечами.
— Да, маэстра, — всё, что он сказал. Он оставался спокойно стоять, ничего не делая, ожидая дальнейших распоряжений. «Если бы ему пришлось носить на себе столько металла, он бы тоже скупился на движения», — подумал Сантер.
— Сопровождайте нас, лейтенант, и держитесь на расстоянии пяти шагов от меня и маэстры, — приказал Сантер, стараясь говорить так же спокойно, как Сова. — Следите за сигналом, который я подам, если что-то случиться, это будет либо построение «стена щитов», либо «клин».
— Да, сэр.
— Ещё кое-что. Если маэстра начнёт отступать, чтобы вы могли сомкнуть щиты против врага, всё же убедитесь в том, чтобы оставить ей пространство. Подойти к ней слишком близко во время боя может быть фатальным.
Лейтенант посмотрел на маэстру, которая стояла, словно статуя, неподвижно.
— Да, сэр.
Затем они двинулись в путь. Солдаты первого горна следовали за ними на расстоянии пяти шагов, разделившись на два ряда и маршируя с обоих сторон улицы. Среди них также была женщина, она, как и лейтенант, несла на плече арбалет. Сантер оглянулся, чтобы посмотреть на солдат, из-за металлических масок их было трудно оценить, но выглядели они непоколебимо. Они шли молча с оружием наготове, в то время как стальные маски осматривали местность. Сантер с удовлетворением заметил, что они также обыскивают крыши и небо.
Двигались они не так быстро, это был скорее медленный шаг. Скорость, которая меньше всего утомляла в таких тяжёлых латных доспехах. Кроме того, Быки не останавливались при встрече с противником. Каждый из них был уверен, что позади и рядом с ним идёт товарищ. Для большинства противников вид такой неумолимо приближающейся стены из стали действовал деморализующе.
Длинный лук и арбалет, обычно несущие смерть любой медленной пехоте, были бесполезны против таких тяжёлых доспехов. Только катапульты, баллисты или решительная атака всадников тяжёлой кавалерии могли возыметь успех. Однако против такого противника Быки использовали другие тактики.
Сейчас их было всего девять, первый горн ночного дозора. Тем не менее глядя, как они тяжело и равномерно шагают, с той же неудержимостью, Сантеру казалось, будто это был полный тенет — имперская сотня, марширующая здесь с такой решимостью.
«Неудивительно, что Быки были такими упрямыми», — подумал Сантер. «В некотором смысле это было частью обучения.»
Маэстра подняла руку, Быки сделали ещё один шаг и остановились, арбалетчики заняли позиции по обе стороны улицы, и каждый из них в свою очередь был прикрыт щитоносцем.
— Сантер, — тихо сказала маэстра и указала пальцем в сторону небольшой площади справа. Там стоял колодец. Поскольку сейчас была зима, он был сухим и не использовался. В то же время в небо поднялся её свет, освещая то, что лежало на земле позади колодца: неподвижное тело мужчины в тяжёлых доспехах Быков.
