— Как ты могла такое скрыть? Как? — рявкнул взбешенный оборотень и изо всех сил грохнул кулаком в дверь. Бедная дверь жалобно крякнула и сорвавшись с петель беспомощно рухнула на пол.
— Совсем с ума сошел? — поинтересовалась я. Прямо сейчас успокоить разъяренного мужика даже не пыталась. Он теперь сразу все поймет, стоит мне только посмотреть на него. А как отреагирует на мое вмешательство в его эмоции, еще не известно. Вдруг только хуже сделаю?
Тем более из коридора уже слышался быстрый топот ног и тут же в комнату ворвался сначала Герасим, как обладатель более длинных ног, а вслед за ним и его супруга. А при посторонних я совсем не могу сосредоточиться. На тренировочной площадке хоть рядом со мной никого не было.
— Что произошло? — свекор подозрительно огляделся, быстро оценивая обстановку. В руке у него поблескивала сизоватым металлом трубка длиной около полуметра, явно не для починки водопровода сюда захваченная.
— Дверь почему-то упала, — пояснила я. — Ветер наверное сильный или строители что-то не так сделали.
— Рид…? — Герасим не отрываясь смотрел на своего напряженно застывшего наследника.
— Сынок, что-то случилось? — это уже спросила Анастасия, которая наконец пришла в себя.
— Случилось, мам, — чуть не сквозь зубы процедил Павел, — в нашем клане появилась истинная омега.
— Слава богам, наконец-то! — воскликнула свекровь. — Это же прекрасная новость!
Павел рыкнул, сверкнул глазами в мою сторону:
— Даже если эта омега — полукровка? И которая еще ни разу вообще не оборачивалась, и тем не менее, нарушив приказ Верховного альфы, полезла к обезумевшему от потери оборотню уже не способному самостоятельно вернуть себе человеческий облик?
— Неправда! — парировала я. — Зейли разрешил мне поговорить с Догером, — немного помялась, но честно добавила, — потом разрешил.
— Вика!? — глаза свекрови округлились.
— Ты вообще соображаешь, куда ты полезла? — бесился Пашка. — А если бы он тебя убил или покалечил? Ты чем думала?
— Догер был в клетке, если ты этого не заметил. И вообще, нечего на меня орать. Я просто хотела поговорить с твоим другом и если получится, хоть немного успокоить его.
— Мне. Почему. Не. Сказала? — разделяя каждое слово секундной паузой пророкотал Павел. Глаза его уже стали ярче расплавленного золота.
Все, пора прекращать бесполезный разговор.
— Хватит, — решительно бросила я, — достаточно с меня твоих нападок, я ухожу…
Договорить, что ухожу в душ, а он за это время как раз немного остынет, тогда и поговорим (желательно без свидетелей), не успела.
В одну долю секунды произошло сразу несколько событий: Павел вихрем метнулся ко мне и схватив в охапку закинул на кровать, запрыгнул следом, и оскалившись навис надо мной. Удлиняющиеся клыки опасно сверкнули. Анастасия вскрикнула и зажала себе рот обеими руками. Гарес резко встряхнул трубку, которую принес с собой и она сразу засветилась тускло-оранжевым светом.
— Ты не бросишь меня, — угрожающе пророкотал Наридис, — слышала!?
А я… Я неожиданно даже для самой себя расхохоталась и обхватила мужа обеими руками за шею. Наверное, что-то с нервами не то.
— Оба ненормальные, — буркнул Герасим, подталкивая свою супругу к выходу, — дверь хоть одеялом завесьте.
Сначала мой неуравновешенный супруг никак не отреагировал, просто нависал надо мной и сверлил меня пылающим взглядом. Потом зубы его вернулись к размеру более подходящему для человека. Тело слегка расслабилось.
— Виктория, — грозно вопросил муж, — не надо мной ли ты смеешься?
— Апполинарий, — в тон ему ответствовала я, — ну конечно же над тобой. Видел бы ты себя сейчас со стороны. Твою бы фотографию на кухонном столе поставить, чтобы дети сахар не воровали.
— Ты еще смеешь надо мной подшучивать, непослушная супруга?
— Смею, грозный супруг, — склонила я голову набок, — потому что понятия не имею в чем так тебя ослушалась, что ты зубами начал клацать прямо у меня перед носом.
Пашка скатился с меня, лег рядом и тяжело вздохнул:
— Вика, ты хоть понимаешь, что я пережил, когда узнал, что ты напросилась на беседу с Догером. И сегодня направилась прямиком к Торстейну. Я вообще ненавижу, когда рядом с тобой мужики ошиваются. А тут еще не совсем адекватный оборотень.
— Ты извини меня, конечно, но сегодня я видела только одного не совсем адекватного оборотня и это совсем не Торстейн.
— Испугалась меня?
— Безумно испугалась, — подтвердила я, закрывая глаза. Напряжение, в котором я находилась последние часы, постепенно отпускало, сменялось слабостью и апатией.
— Врешь ты все, — вздохнув, проговорил Павел и обняв меня за плечи, притянул поближе. — Если бы боялась, то не сердила бы меня специально.
— А я нарочно это делаю? — поинтересовалась, поудобнее устраивая свою голову у мужа на плече.
— А то нет? Дорогая моя девочка, я мог бы попытаться достать для тебя звезду с неба или гору свернуть. Но как я могу защитить тебя от себя самой? Если тебя прямо тянет куда нибудь вляпаться. Если ты на каждом шагу подвергаешь опасности свою жизнь.
