— Вика, дай укусить, — немедленно потребовала Лелька.
Я снова пожала плечами, достала из сумки еще одно яблоко и протянула растрепанной девице, которая сразу же вонзила в презент свои зубки.
— Оль, ты чего взбудораженная такая? Случилось что-то? — я тщательно прожевала и стала подниматься по ступенькам дальше.
— Иа, ы оали аяеие! — с полным ртом проинформировала меня однокурсница, восторженно сверкая глазами.
— Наверное, все-таки радостное событие, еще бы не мешало понять, что ты сказала.
— Вика, мы подали заявление в ЗАГС!
— С Мишкой? — уточнила я, хлопая глазами на свою собеседницу.
— Ну а с кем же? Я же не ты, что бац — ни с того, ни с сего — и уже обручена! И с кем? С самим Апполинарием Красиным!
— Я тебе больше скажу, Оль. Я — бац, и уже тоже заявление подала в ЗАГС с этим образцом добродетели.
— Мамочки! — Лелька снова остановилась. — Это я сейчас упаду.
Я подцепила подружку под руку и силком потащила за собой.
— Нечего изображать из себя кисейную барышню, — бормотала я, целеустремленно заволакивая Лельку на нужный нам этаж и продолжая двигаться к намеченной цели. — Падать она будет, видите ли…
Лелька от потрясения откусила еще кусочек от краснобокого фрукта и ожесточенно захрустела. Так мы и вошли в аудиторию.
— Перова, — раздался сверху язвительный голос, — ты, никак, пятилетку перевыполнила? Сейчас не Яблочный Спас.
Я сердито сузила глаза и покосилась на Виолетту, весьма заносчивую девицу. Вот так и знала, что из-за чего-нибудь привяжется.
— Чего тебе? — буркнула я. — Давно по шее не получала? Так могу посодействовать.
Вот это я выступила, даже сама от себя не ожидала. С чего бы это? Тут же совсем ни при чем то обстоятельство, что эта мадам давно коготки свои точит на Пашку. Все эти ее улыбочки, походка от бедра, легкое встряхивание платиновыми волосами, лишь только на горизонте покажется теперь уже мой законный жених.
Когда девчонки на перерывах обсуждали парней: кто кому нравится, кто из ребят неровно дышит из-за какой либо дамочки, имя Апполинария звучало довольно часто. Виолетта только загадочно улыбалась.
— Чего лыбишься, Виолка? — не сдержалась как-то Лелька. — Считаешь, что выше всех нас?
— А я и выше, — задрала свой остренький носик Виолетта, — как только захочу, этот ваш Апполинарий будет за мной как собачонка бегать. И потом, какая я Виолка ТЕБЕ? Так бесцеремонно разговаривать будешь со своей мамой, когда полы вместе с ней будешь мыть.
Лелька отшатнулась, как будто эта наглая крыса ее по лицу ударила. Мама девушки и в самом деле работала уборщицей в одном из городских банков, а отчим — медтехником. Отец Оли умер много лет назад. Мама всю пенсию, назначенную государством, откладывала на сберкнижку. И какие бы ни были обстоятельства, оттуда никогда ничего не снимала. Этот неприкосновенный запас предназначался на учебу дочери. Только всего этого я тогда еще не знала.
Именно в тот раз я подошла к растерявшейся Ольге и протянула ей руку:
— Пойдем в кафе сходим, кофе выпьем с пироженками. Опасно находиться там, где слышно злобное шипение. Вдруг это гадюка?
И потянула девушку за собой.
С этого момента и началась наша с Лелькой дружба. А Виолетта даже не нашлась тогда, что ответить, так и застыла с раскрытым ртом.
А вот теперь эта особа решила поупражняться в своем остроумии на мне. Вот только фиг она угадала. Мне на ее плоские шуточки наплевать с высокой горки. Поэтому посмотрела на ее злющую физиономию и двинулась дальше, прихватив с собой заодно Лельку.
Виолетта наконец отмерла и рванула ко мне. Подскочив почти впритык, вынуждая остановиться, прошипела:
— Перова, ты что, совсем страх потеряла?
— А чего мне его терять? Я что, когда-то боялась тебя?
— Да ты знаешь, кто мой отец?
Я склонила голову набок, глядя на нее:
— Да если бы и очень захотела не знать, так ты уже всем уши прожужжала своим папочкой.
Я обогнула ее сбоку и двинулась к своему ряду, тихонько декламируя перефразированный стишок Сергея Михалкова:
— Папа — мэр?
Ну что ж такого?
Воту Коли, например,
Папа — милиционер!
А у Толи и у Веры
Оба папы — инженеры!
— Не много ли ты на себя берешь, Перова? — раздалось мне вслед. — Или думаешь, раз Апполинарий что-то там тебе пообещал, так ты уже и вознеслась? Да чтоб ты знала, мы с Павлушей уже давно решили пожениться, только он меня слегка приревновал и решил показать свой характер. Это он обратил на тебя, дурочку, внимание, чтобы мне насолить, а ты и поверила. Вот повыделывается немножко и прибежит назад ко мне, как миленький!
Черт, что же обидно-то так? И самое главное, что это вполне возможно. Пашка сказал, что ему просто нужна моя помощь. К тому же, до свадьбы, может, дело так и не дойдет. Помирятся они с этой кривлякой, и наше заявление можно будет без проблем забрать обратно, чтобы они могли подать новое.
Я оглянулась и насмешливо произнесла:
— Флаг тебе в руки, КрОтина, жди у моря погоды.
— КратинА моя фамилия, — рявкнула почти невеста моего жениха.
— Тем более, — равнодушно ответила я, демонстративно откусила кусочек яблока и выразительно взглянула на Лельку.
