В сквере было тихо, только временами снег, шурша, осыпался с ветвей. Прежде, чем начать, Шуша несколько минут пыталась сосредоточиться на этой тишине, впитать её всеми фибрами души. Дима тактично ждал, присев рядом: научившись вчера считывать её эмоции, он понимал, видимо, что ей надо успокоиться и ещё раз продумать свой план.
– Ну как? – осмелился спросить он, когда Шуша, наконец, сумела сосредоточиться на ветке над скамейкой, где они сидели.
Покрытая красно-коричневой тоненькой корой, ветка слегка покачивалась от ветра. Малюсенькие сморщенные зародыши почек готовились к зиме, но ещё не зажили светло-зелёные шрамы от опавшей листвы, похожие на надломы…
– Хорошо. Просто прекрасно, – ответила Шуша.
Она, стараясь не отвлекаться от созерцания ветки, наощупь покопалась в пакете, вытянула оттуда стограммовку и протянула её Диме.
– Это – водка, – робко и удивлённо произнёс он, судя по всему, опасаясь тревожить её.
– Да, – кивнула Шуша, не отводя взгляд от ветки. – Пива не было. Выпей, пожалуйста. Очень тебя прошу. Только медленно.
Дима внимательно посмотрел на нее, пожал плечами, отвинтил с усилием крышечку и сделал быстрый глоток. Его передёрнуло.
– «Morgenstern», – предупреждая вопросы, сказала Шуша. – Выпил с утра – весь день свободен. Глотни ещё, если надо, у меня есть закуска.
Она так же медленно, не отводя глаз от ветки, нащупала в пакете колбаски и лепёшки и выложила себе на колени. Бутылочка булькнула ещё раз, потом Дима протянул руку и взял одну лепёшку.
Она прислушалась к миру. Пора? Нет, ещё минуточку…
– Дима. Послушай меня. Сейчас ты выпьешь ещё глоток. А потом…
– Я боюсь! – перебил её он.
Наконец-то! Наконец-то! До него тоже дошло! Шуша расслабленно выдохнула.
– А зачем я тебя тут пою, а? – рассмеялась она. – Чтобы развратить и соблазнить?
– Погоди! – отмахнулся телепат. – Я это ещё вчера понял, – я испугался с первого раза, поэтому и не получилось. Мне нужна психотерапия…
– Дим, ну какая психотерапия? Расслабься, допей, давай просто посидим. У нас есть план, о нём и подумаем…
Ветка снова качнулась. Маленькие-маленькие сморщенные почечки, почти чёрные… Ветер сбросил с ветки утренний иней, теперь только тоненькая кора противостоит морозам. Но под нею лежит зеленоватый луб и белая древесина, и они полны жизни. И если морозы этой зимой не будут слишком суровыми, всего через четыре месяца, ещё до того, как потеплеет, в феврале, почки нальются и станут зелёными. Потому что даже зимой деревья не засыпают до конца, кажущиеся замёрзшими ветви продолжают жить, соки движутся, просто медленно-медленно…
Шуша почувствовала, как её голову обхватили мягкие ладони.
