– Ты так думаешь, потому что тебе дедушка сказал? – усмехнулась Юлечка.
– Не только. После того, как тот аналитик, мистер Брауни, рассказал мне про их восприятие магии… Ну, что для них это просто как неизвестные им технологии… Я подумала, как они должны воспринимать… отличающихся от них разумных. Причём, заметь: мы знаем о них только то, что они воюют с кем-то. Отличаются ли их враги от них самих – нам неизвестно, как и то, за что именно они ведут войну…
– Как за что? За территорию, за новые планеты, конечно! – безапелляционно заявила Юлечка.
– Может быть. А может быть, и нет. Мы же не знаем, какие расы входят в эту их Межзвёздную Федерацию. Пока, заметь, видели только техноориенталов. Причём… только одного цвета кожи. Очень много белых техноориенталов, – про отсутствие женщин в оцеплении она решила и не упоминать. – По-моему, двух этих фактов достаточно, чтобы сделать… определённые выводы об их отношении к другим расам.
– Да, может, их враги – такие гады, что мы бы и сами, не раздумывая, присоединились к ним, если бы знали! – возмущённо произнесла Юлечка.
– Может быть. Юль, я не об этом и, пожалуйста, не сбивай меня больше с толку! – попросила Шуша устало. – Я договорить мысль хочу и спать!
– Молчу, молчу! – пообещала Юлечка.
– Так вот… Я об отношении к расам. Вот они с кем-то воюют – белые техноориенталы, – там, в космосе. А сюда прилетают, и видят, что здесь совершенно спокойно, по-братски практически, сосуществует сразу множество рас. И магия этим инопланетянам, судя по всему… Да аналитики уже на девяносто пять, если не на сто процентов уверены – не известна! И что они могут подумать?
– Ну так что? – заинтересованно глядя ей в глаза, спросила Юлечка, не сдержав обещания.
– Не обижайся только, ладно? – попросила Шуша и, когда подруга кивнула, со вздохом продолжила. – Тут есть два варианта. Первый – что это… что вы… мутанты, уроды какие-то… А второй – что это жертвы какой-то болезни. Очень меняющей облик обычного техноориентала. В обоих случаях они будут как минимум брезговать… вами… А вообще, конечно… В некоторых обществах, сама знаешь, даже в истории Земли… мутантов и больных уничтожали…
Реакция была совсем не такой, как ожидала Шуша: Юлечка беспечно махнула рукой и рассмеялась.
– Да ладно! Они же не дураки, быстро поймут, что такое магия! И какие выгоды она может им принести… Да даже в этой их войне!
– Юля, очнись… – закатывая глаза от непосредственности подруги, попросила Шуша. – Ты сама-то вспомни историю: мы сами-то, здешние техноориенталы, быстро поверили вам, что магия действительно существует? Что вы не дурите нам голову? Да мы и своих-то магов… сама знаешь, с какой энергией уничтожали в Средние века… Вот они и будут… Сначала требовать раскрыть секрет технологии, потом посчитают, что их обманывают, начнут добиваться этого… «секрета» силой… А потом…
– Ладно-ладно, поняла-поняла… – быстренько отмахнулась Юлечка, и Шуша уверилась, что она просто не хочет открывать глаза на реальное положение дел. – Ты мне вот что скажи. Если Гришнак не найдёт Джеков, – я ведь по всем статьям подойду, верно?
Шуша выпучила глаза.
– Юля, ты в своём уме, а? Я же тебе толкую: на выполнение плана один шанс из десяти в лучшем случае! А что тот, кто полезет в корабль в режиме тумана, практически обречён, – это ты понимаешь?!
– Ну, генсек же согласилась! – возразила Юлечка.
– Так то генсек! – воскликнула Шуша. – Ты разве разницу не видишь? Они до решающего момента и заметить ничего не должны. Ив любом случае, у генсека тоже шансов немного…
– Всё, ничего не говори мне! – Юлечка отвернулась к стене и закуталась одеялом под подбородок. – Завтра же подойду к директору и потребую, чтобы направили меня, если не найдут Джеков.
Шуша покачала головой. Она, конечно, понимала, что Гришнак Углукович никогда не даст согласия на Юлино участие в операции, но вполне представляла себе, какие проблемы способна создать Юлечка и ей, и директору в течение ближайших трёх суток.
Выспаться ей не дали. Ни свет ни заря Шуша открыла глаза от нежного прикосновения и увидела склонившуюся над собой бабу Тоню.
– Иди, там нативный ваш этот… Ждёт…
– Директор? – переспросила Шуша удивлённо.
Насколько она знала, эту ночь Гришнак Углукович решил полностью уделить сну чтобы усталость после сражений с генералом не сказалась на подготовке к будущей операции.
– Нет, – недовольно покачала головой баба Тоня. – Рыжий этот… Должность у него забыла, как называется…
Шуша решила не одеваться полностью, только сунула ноги в сапожки и накинула куртку: наверняка Хард просто зашёл уточнить какие-то параметры гремлина, дело не отнимет много времени. Выйдя из дома мимо сердито бормочущей бабы Тони, раздражённой тем, что «её девочек» гоняют попусту среди ночи «неведомо зачем», она обнаружила сисадмина, сидящего на заборе и болтающего короткими ножками.
– Слезь, а? Невежливо ведь… – поздоровавшись, Шуша невольно оглянулась на дверь: не видит ли баба Тоня вольного поведения нативного горца.
