– Вы только меня предупредите заранее, чтобы я с Хардом переговорить успела. Да, а всё-таки можно узнать, что сказала генсек? В подробностях, я имею в виду.
Директор мрачно хмыкнул.
– Она-то согласна. Полностью. Вопрос – разрешат ли ей?
– И всё-таки? – не отставала Шуша.
О согласии Вильриэли Гришнак Углукович сообщил ей сразу как она вошла: иначе бы всё их обсуждение не имело смысла. Но сейчас он фактически повторил собственную фразу и это не устраивало Шушу: ей надо было знать, не будет ли каких-либо ценных дополнений к плану от самой генсека.
– Ох, утомила ты меня… Сначала она, конечно, говорила, что бред полный и участвовать в этом она не собирается. Что живая генсек в случае провала плана и безоговорочной сдачи гораздо полезнее всем расам, чем мёртвая. Потом, когда я донёс до неё основные детали, долго молчала. Затем повторила, что бред, но бред гениальный, и предложила побредить ещё, – директор усмехнулся, и Шуша поняла, что он рассказывает ей истинную правду: разговор проходил именно в таких выражениях. – Ну, а потом, когда рассказал всё… Она сказала, что бред не просто гениальный, он ещё и очень увлекательный, и она с радостью будет участвовать в этом приключении.
– Ей разрешат! – с радостью сказала Шуша. – Она же сама ничем не рискует!
Директор расхохотался.
– Ну ты и наивная ещё! Неужели она будет раскрывать все детали плана? Даже только тем, кто отвечает за её безопасность? Ты помнишь, что творилось у бюро полторы недели назад? А ведь всего-то, как оказалось, у уборщицы в Тихоокеанском бюро сын техником на телевидении работал…
– Поняла, – вздохнула Шуша. – И что будем делать, если ей не разрешат?
– А, что-нибудь придумаем… – как-то беспечно махнул рукой директор.
Было видно, что он очень устал, хотя и держится, и сейчас не желает рассуждать на эту тему. Шуша решила закончить разговор.
– Ладно… Я пойду, если всё… – пробормотала она. Директор кивнул головой, отпуская её. И только когда она уже подошла к двери, снова её окликнул.
– Шуша… Слушай, я одно могу тебе сказать: не волнуйся, она сама, – он указал пальцем вверх, намекая на генсека, – настолько нас поддерживает, что обещала найти самого лучшего стилиста. Настоящего эльфийского. Может, даже лучшего из лучших.
Шуша улыбнулась и благодарно кивнула.
Конечно, лечь спать пораньше ей не удалось. Юлечка и баба Тоня засыпали вопросами – и про интервью на телевидении, и про поездку к деду. По первому пункту Шуше пришлось разочаровать обеих, подробно объяснив роль остроухого аналитика. Рассказывая о поездке, она акцентировала внимание в основном на малозначительных деталях: ей не хотелось делиться с хозяйкой прогнозом ситуации, который сделал дедушка, не хотелось её волновать. В целом своей цели она добилась: у той сложилось впечатление, что Шуша просто неплохо отдохнула за полтора суток.
– Да, здорово… – протянула Юлечка. – Придёт Календула, – и ей придётся рассказывать…
– А где она, кстати? – спросила Шуша, глядя на часы: времени было немало, а исконная земледелица из отдела экоконтроля не была любительницей поздних прогулок.
– Да Дональдыч этот её достал уже. Нашёл-таки ей какую-то работку, какую – она не говорит, сказала только, что по поручению директора. Придёт через часок-полтора…
– Да, поздно он её отпускает… – вздохнула баба Тоня. Шуша уже знала, что в ночь на понедельник, когда ожидалось применение оружия на делящихся материалах против корабля, хронологически одарённая техноориенталка всё-таки согласилась уехать – вместе с коровой и пятнистой кошкой-гулёной, которую Шуша видела только мельком, уж очень та боялась чужих. Но, как только опасность миновала, баба Тоня, как истинная патриотка, уломала эмчеэсовцев отвезти её и нескольких подруг обратно.
– Ладно, давайте спать, а? – зевнув, предложила Шуша.
Они с Юлечкой извинились и пошли в свою комнату. Но и здесь Шушиным надеждам сбыться не было суждено: конечно, теперь пришлось исполнять обещание, данное подруге, и рассказать в подробностях о послании инопланетян. Шуша так и не увидела его пока, директор обещал, что к утру запись уже будет в её распоряжении, так что Юлечка была недовольна отсутствием деталей в её повествовании. Самой же ей вовсе не хотелось тратить время и силы на просмотр плёнки или диска: вряд ли удастся почерпнуть из него что-то новое.
– Ну а план-то, план твой? Расскажи, ну пожалуйста! Знаешь же, я никому-никому не скажу! – пристала Юлечка, когда Шуша закончила.
Шуша вздохнула. Именно этой просьбы она и ожидала. Ладно, в конце концов, Юлечка была профессионалом и понимала, что означает разглашение такой тайны… Но от изложения всех подробностей она решила всё-таки воздержаться.
По мере того, как Шуша говорила, Юлечкины глаза начинали прямо-таки светиться восторгом.
– Ух ты! Ух ты! – почти простонала она. – Я же говорила! Я же говорила, что ты найдёшь выход!
– Да ладно, Юль, какой выход… Так, трепыхание последнее. Ты же понимаешь, так или иначе, рано или поздно, а они нас уничтожат. Причём… остальные расы, кроме техноориенталов… рано.
