…Лепестки всё продолжали кружиться, поднимаемые лёгким ветром. Они накрыли весь двор и крышу поместья Шень. Красивая взрослая женщина с маленькой родинкой под губой поправляла сложную причёску своей одиннадцатилетней дочери.
— Ми-Ми, моё солнышко, моя радость, — приговаривала женщина, проводя рукой по волосам.
Девочка молчала, как и всегда. Она смотрела на мать внимательно и ловила зорким взглядом каждое движение, стараясь запомнить, чтобы потом столь же грациозно повторять его ещё и ещё у себя в комнате, а после показаться перед гостями с новым навыком очарования.
— Какие красивые глазки! Какой милый носик! — женщина слишком сильно надавила на покрытое белилами лицо дочери, и указательный палец случайно стёр слой косметики на переносице.
— Ой… Прости…
Шень Сяо Ми закрыла нос руками и, бросив на мать недовольный и рассерженный взгляд, убежала поправлять макияж.
…Тётушка Лу-Лу добра и снисходительна. А ещё красива как мама Шень Сяо Ми. Тётушка Лу-Лу родила отцу Шень Сяо Ми двух дочерей. У своей матери Сяо Ми единственная. Всего у господина Шеня двадцать три дочери.
И ни одного сына.
Шень Сяо Ми тринадцать, и она не понимает, почему её отец не хочет мальчика. Нужно ведь просто захотеть, так ведь?
Когда одна из тётушек беременеет, отец становится тревожным… И немного злым… Немного злее, чем обычно…
Господин Шень был человеком сложным. Эта сложность выражалась, в первую очередь, в частой смене настроения и непредсказуемости поступков.
Наложницы господина Шеня, среди которых была и мама Сяо Ми, и её близкая подруга Лу-Лу, старались не выходить из женской части дома лишний раз, по крайней мере, поодиночке. Собираясь на прогулку по саду, они спрашивали у слуг, как и чем сегодня позавтракал господин Шень, как поспал, какие указания отдавал, какими словами и каким тоном он эти указания отдавал, и главное — во что он пожелал нарядиться. Лишь разведав все подробности, они решали — идти на прогулку или нет.
Когда у господина Шеня было настроение заняться делами, выходить из дома не стоило, иначе это собьёт боевой настрой хозяина. Можно было тихонько походить по дому или выйти на веранду, но не больше друх-трёх человек за раз.
