По мнению археологов, именно здесь, в казахских степях, около 6000 лет назад человек впервые одомашнил лошадь и с тех самых времен она стала незаменимой частью жизни кочевника. Несмотря на то что большинство казахов уже давно отказались от кочевничества и ведут оседлую жизнь, казахская культура по-прежнему тесно связана с лошадьми. Соревнования с участием лошадей собирают тысячи зрителей, и каждая уважающая себя деревня имеет хотя бы одну приличную команду кокпар. Достигнув пенсионного возраста, лошади оказываются на гриле: в отличие от туркмен, которые не прикасаются к конине, казахи с удовольствием едят лошадиное мясо и колбасу.
После обеда поднялся сильный ветер. Казалось, будто палатки вот-вот улетят; женщины вынуждены были придерживать свои разлетающиеся юбки. По воздуху метались пластиковые бутылки и салфетки, а лошадей вместе с людьми покрыло слоем красновато-коричневой пыли. Игра еще не дошла до середины, когда народ уже начал покидать заборы, палатки и грили, пробираясь к своим машинам. У забора осталось всего несколько восторженных старичков, в то время как вся остальная территория обезлюдела, все палатки были собраны, места для парковки опустели. Однако наездники на поле все продолжали играть, время от времени табун, подняв за собой облако пыли, проносился от одного казана к другому.
До захода солнца оставалось еще немало времени.
В тот же самый день, но немного ранее я побывала в районе Шымкента, столицы Южного Казахстана и третьем по величине городе страны. Там День Победы отмечают более традиционным способом: с парадами, речами и отданием почестей героям войны. Те из ветеранов, кому в этот памятный день здоровье позволило сюда прийти, выглядели торжественно.
В городском парке перед грандиозным памятником, посвященным победе во Второй мировой войне, я познакомилась с героем войны Сесембаем Махмутовым и его одной-единственной женой Кундус. Сесембай был настолько стар, что казалось, он совсем растворился в своем новом темном костюме. Белая рубашка выглажена, черные сапоги начищены до блеска, грудь выглядела тяжелой от медалей. Пожилая супружеская пара говорила только по-казахски, но через прохожих я узнала, что Сесембай воевал на фронте во время Второй мировой войны. Во время сражений в Восточной Европе получил плечевое ранение, но выздоровел и сражался до последнего дня. В апреле 1945 г. он вошел в Берлин.
– У меня до сих пор в этом месте сидит пуля, – говорит Сесембай, гордо показывая на свое правое плечо.
Кундус тоже была награждена медалью, которая теперь, отполированная, сверкала на солнце под белой шалью. В то время как мужья, отцы и сыновья сражались против фашистов, женщины держали в своих руках управление несметными колхозными владеньями.
– Было ли нам тяжело? – Кундус посмотрела на меня так, будто я с луны свалилась. – Ну конечно же было! Все приходилось делать самим. Вся еда отправлялась на фронт, а мы шли домой голодными.
В России Вторую мировую называют Великой Отечественной войной, и ни одна из стран не понесла в ней больше потерь, чем Советский Союз. Она унесла жизни 20-30 млн человек, которые либо погибли в бою, либо скончались от голода и болезней. В этом списке есть доля республик Центральной Азии: предположительно, более 300 000 казахских солдат сложили свои головы во время мировой войны. К этому можно добавить и то, что 350 000 мирных жителей скончались дома от голода и болезней. В целом война уничтожила около 10 % населения Казахстана, что соответствует военным потерям Германии. Подобно Сесембаю, многие казахские солдаты не говорили по-русски, а большинство из них прежде даже не покидали пределы своей деревни. И вот наступил призыв, и, прежде чем они поняли, что происходит, на них надели военную форму и отправили в незнакомый мир, где им пришлось с оружием в руках сражаться за самую большую страну мира, в самой значительной в мире войне.
Несмотря на серьезные потери, населения Казахстана в военные годы существенно прибавилось. И хотя война несла с собой разруху, а солдаты гибли как мухи, в те же самые годы Сталин вдруг решил заняться перемещением миллионов людей внутри своей страны. В ту зиму 1944 г. в Среднюю Азию начали прибывать эшелоны с людьми. Депортированные народы (женщин, детей, стариков) выбрасывали прямо в казахские степи, в тысячах километрах от дома, безо всякого имущества, кроме одежды, которая была на них, когда их забирали.
Самый крупный в Центральной Азии кафедральный собор сегодня был почти полон. Здесь собрались сотни празднично одетых людей, наряженных в темные костюмы и красивые платья. Большинство из присутствующих светлокожие, с европейскими чертами лица – все, даже малыши, сидят тихо, прислушиваясь к речи священника:
