Ни здрасьте, ни до свиданья, усмехнулся Илья, он знал, что ничего не нарушил и останавливать его на трассе могли только в случае розыска подобной машины или проверки всего транспорта в случае сбежавших преступников, примерно, так. Но гаишники всегда могли сослаться на проведение спецмероприятий, хотя таковых и не было. Поговаривали, что отменят вскоре это правило, и менты смогут тормозить машины в любом месте и при любых обстоятельствах.
— Здесь не стационарный пост и я ничего не нарушил. Прошу объяснить причину остановки моего автомобиля — вежливо попросил Илья, — и покажите свое удостоверение.
Он, конечно, заметил злорадную усмешку гаишника, но не ожидал подобного отношения к себе.
— Из машины выходим и предъявляем документы, — резко и настойчиво приказал сотрудник.
— Понятно, — тоже усмехнулся Илья, — никакой вежливости, представления личности и сплошной беспредел без свидетелей на дороге. Да, усугублять ситуацию не стоит.
Он отстегнул ремень безопасности, открыл дверку и вышел. Гаишник схватил его за плечо, резко дернул, поворачивая к автомобилю и заорал:
— Руки на крышу и не дергаться, сука. Умные все стали… ноги шире.
Сотрудник ударил пинком по одной ноге, потом по второй, ставя водителя в позу досмотра. Из машины ДПС вышел второй сотрудник с автоматом, передернул затвор.
— Че там — по ориентировке или грамотный сильно? — спросил он.
— Грамотный… тут целый ученый недоделанный, — ответил первый, — остановили мы его не по правилам.
— Так забери права, пни в зад и поехали — потом его оформим за отказ от освидетельствования, пересечение сплошной и оскорбление сотрудников. Пусть в суде свои права отстаивает, грамотей хренов. Поехали, нам пора.
Второй сотрудник махнул рукой и уселся в салон служебного автомобиля. Как бы там ни было, но если уж поставили человека в «расшиперенную» позу, то необходимо довести дело до конца, то есть страховать друг друга. А он присел в салон с автоматом… Илья это заметил сразу и понял, что спецподготовка у гаишников отсутствует напрочь. Он размышлял — что делать с сотрудниками? Без наказания таких оставлять нельзя и выговор от руководства их тоже не образумит. Наказать физически? Нет, не поймут, подадут в розыск и будут считать себя правыми. Тогда остается фантастика…
Илья повернулся и вежливо произнес:
— Вот права и техпаспорт, — он протянул их гаишнику, — может быть все решим здесь?
— Здесь?.. А че выколупывался? Ладно, гони пятерку и свободен, — довольно произнес сотрудник.
— Пять тысяч?..
— А как ты хотел? Выезд на встречку с пересечением сплошной, оскорбление полицейского при исполнении, отказ от освидетельствования — это как минимум лишение прав и пятнадцать суток. Но уже не пять, а десять, чтобы пасть свою не разевал без разрешения.
— О кей, командир, о кей, молчу и понимаю.
Илья достал из кармана деньги, выделил две красные бумажки по пять тысяч рублей, свернул их вдвое и протянул гаишнику. Тот мгновенно сунул их в карман и вернул права с техпаспортом, даже не заглянув в них. Бросил кратко:
— Свободен.
Полицейская машина развернулась на дороге и укатила в город в явной спешке.
— Сергей, ты че меня торопил, случилось чего? — спросил один гаишник другого.
— Ничего особенного, Коля, Нинка позвонила, пригласила к себе подружку, есть возможность пообщаться телами.
Сергей, явно довольный, сделал дополнительный жест руками.
— Но мы еще на службе, — с бесспорным сожалением произнес Николай, — хотя план сделали и можем расслабиться. Винца брать не стоит до вечера, запах учуют, но что-то взять надо.
— Опять деньги на цветы тратить, — возразил Сергей, — да пошли они на хрен, других баб найдем, если возникать станут. Че ты там с последнего лоха содрал, сколько?
— Десятку, — ответил довольно Николай, — он чуть в штаны не наложил со страху, когда я ему про встречку, оскорбление сотрудников и отказ от освидетельствования наплел. Две пятерки без слов выложил. Держи — одна по-братски твоя.
Николай вытащил из кармана деньги, протянул одну пятерку Сергею. Тот взял и резко припарковал машину к бордюру, выругался неприлично.
— Ты че за хрень мне суешь, Коля? Тебя этот лох поимел во все дырки, а ты теперь мне это говно сплавляешь?
— Ты башкой ударился что ли? — еще ничего не понимая, спросил возмущенно Николай.
— Сам ты башкой ударился, долбодятел хренов… Чего вылупился — купюру-то переверни…
— Ёп…прст, — выругался Николай.
С одной стороны — обычная денежная пятитысячная купюра, изготовленная на цветном принтере, а с другой обыкновенная фига из трех пальцев во весь кулак. Николай еще раз выругался громко, произнес со злостью:
— Я даже фамилию этой суки не посмотрел… Ты номер запомнил?
— На видеорегистраторе есть, пробиваю уже. Надо найти и наказать парнишу в десятикратном размере, нельзя это спускать ему, должен ответить по полной, сволочь… Вот, есть адресок, едем. Илья Антонович Громов…
— Подожди ты, Сережа, ехать, надо план выработать.
— Какой план? Морду разобьем и на бабки поставим, на счетчик, если сразу сто штук не отдаст.
