Обычно Громов приезжал в это место два раза — по первому устойчивому снегу и в конце зимы или начале весны. Побродить, подышать, налюбоваться великолепной природой зимнего пейзажа. Летом предпочитал отдых в тихих местах у водоема.
Через час Илья вернулся к машине, отряхнул ноги от снега, постукивая их друг о друга, сидя на сиденье автомобиля. Дорога просматривалась отлично в оба конца, и он развернулся в обратный путь, не создавая помех для других машин. Ехал, наслаждаясь прелестным видом заснеженных деревьев по обеим сторонам дороги. Впереди увидел стоявший на обочине автомобиль ГИБДД и чертыхнулся: «Опять вышли на дорогу за бабками»… Но на этот раз он ошибся, хотя его и остановили. Подошедший лейтенант представился и произнес:
— Добрый день, мы девушку подобрали на дороге без верхней одежды. Нам в другую сторону, а вы не могли бы доставить ее в город?
— Девушку? — удивленно переспросил Муромец.
— Да, — согласно кивнул полицейский, — она утверждает, что поссорилась со своим парнем, тот психанул и случайно увез ее шубу с собой пока она выскочила из салона на минутку.
— Конечно, не беспокойтесь, доставлю девушку до дома в лучшем виде, — ответил Илья, — давайте ее сюда.
Полицейский махнул рукой своему напарнику, дверца открылась и через дорогу побежала дамочка в одном платьице, быстро нырнула в салон автомобиля. Илья сразу понял, что она промерзла насквозь и еще не успела согреться в автомобиле ДПС или там было не очень тепло. Он первым делом добавил количество и качество подаваемого воздуха в салон своего джипа. Можно было сидеть внутри в одной рубашке, но промерзшему человеку и в бане первое время кажется холодно. Полицейский откозырял, и Громов включил передачу, машина тронулась.
— Меня зовут Илья, — представился он.
— Ольга, — все еще клацая зубами ответила девушка.
Громов разглядывал ее через зеркало заднего вида. Замечательную фигурку он оценил еще, когда она бежала от автомобиля ГИБДД. Вроде бы все при ней — и глаза, и уши… Илья улыбнулся, произнес:
— В салоне плюс тридцать, но вы сильно промерзли и вам кажется, что холодно. Согреетесь не сразу, не раньше, чем через полчаса. Дома надо будет укутаться в плед, выпить горячего чая с малиной, показаться врачу — вдруг где-то обморожения есть. Вы где живете, куда ехать в городе?
Он видел, что она находилась на сиденье чуть ли не в позе эмбриона. Скрючилась, поджала под себя ноги, а после вопроса как-то помрачнела. Возможно, это ему показалось.
— Я в общежитии живу на Лермонтова, общежитие университета, Лермонтова…
— Да, я знаю, — перебил ее Илья, не дав назвать номер, — значит студентка. Общежитие — не дом, там особо ухаживать некому. Предлагаю поехать ко мне. Отогреетесь, куплю вам что-нибудь из верхней одежды и уже потом доставлю в общежитие. Наверняка лишней шубки или зимней куртки не имеется.
Пока Ольга обдумывала его предложение, еще плохо соображая от мороза, он свернул с трассы, не доезжая нескольких километров до города. В зеркало он заметил ее испуганное лицо, пояснил:
— Я живу недалеко и с вами ничего плохого не случится. Да, мне можно не верить, вы меня совсем не знаете, но у вас есть гаранты, Оля. Это сотрудники ГИБДД, которые знают, что вы сели в мою машину. А это означает, что я должен вас хранить и оберегать, ничего плохого не делать, иначе мне каюк.
Она вроде бы успокоилась, так ничего и не ответив. Илья въехал в собственный двор, провел Ольгу на второй этаж, усадил в кресло, укутав пледом, и разжег камин. Вскипятив чайник, он налил чайку с малиновым вареньем.
Несмотря на выпитый чай, теплый плед, горевший камин, Ольгу продолжало знобить, кожа стала «гусиной» и даже говорила она как-то не так, словно с трудом. Илья измерил температуру — 33 градуса. Общее переохлаждение, понял он, и ушки-лопушки, обморожение первой степени или где-то около второй, не больше. Уши ладно — опухнут, поболят немного и все пройдет, а вот общее переохлаждение может вылиться в простуду, воспаление легких или еще какую-нибудь ерунду.
— Вот что, Оля, — произнес Илья, — ушки ты отморозила, но это не страшно — опухнут, поболят и не отвалятся. А вот общее переохлаждение может сказаться на вторичной инфекции или каких-то других пакостях. Поэтому сейчас будем купаться. Я налью ванну, ты в нее ляжешь прямо в бюсике и плавочках, будем считать, что это купальник и постепенно станем повышать температуру воды до нормы, то есть до 36–37 градусов. Извини, но оставить тебя одну не смогу — вдруг воды хлебнешь, а мне потом сидеть за тебя. На следующий день к утру доставлю тебя в общежитие и мои действия не обсуждаются. Пошел наливать ванну, нужна температура изначально в 24–25 градусов. Я не врач, но в интернете именно эти мероприятия рекомендуются при обморожении и переохлаждении.
