После освобождения в сентябре 1943 года Смоленска и его окрестностей от фашистских оккупантов была создана Специальная Комиссия по установлению и расследованию обстоятельств расстрела немецко-фашистскими захватчиками в Катынском лесу (близ Смоленска) военнопленных польских офицеров. В состав комиссии вошли: член Чрезвычайной государственной комиссии академик Н. Н. Бурденко (председатель), член Чрезвычайной государственной комиссии академик А. Н. Толстой, член Чрезвычайной государственной комиссии митрополит Николай, председатель Всеславянского комитета генерал-лейтенант А. С. Гундоров, председатель Исполкома Союза обществ Красного Креста и Красного Полумесяца С. А. Колесников, народный комиссар просвещения РСФСР академик В. П. Потёмкин, начальник Главного военно-санитарного управления Красной Армии генерал-полковник Е. И. Смирнов, председатель Смоленского облисполкома Р. Е. Мельников.
Комиссия, руководимая Н. Н. Бурденко, работала в Катыни в январе 1944 года. Ею были привлечены судебно-медицинские эксперты: главный судебно-медицинский эксперт наркомздрава СССР, директор Государственного научно-исследовательского института судебной медицины наркомздрава СССР В. И. Прозоровский, профессор судебной медицины 2-го Московского государственного медицинского института, доктор медицинских наук В. М. Смольянинов, профессор патологической анатомии, доктор медицинских наук Д. Н. Выропаев, старший научный сотрудник танатологического отделения Государственного научно-исследовательского института судебной медицины наркомздрава СССР, доктор П. С. Семеновский, старший научный сотрудник судебно-медицинского отделения Государственного научно-исследовательского института судебной медицины наркомздрава СССР, доцент М. Д. Швайкова. Они 24 января 1944 года выдали «Заключение», в котором, в частности, говорилось:
«Судебно-медицинская экспертная комиссия на основе данных и результатов исследований –
считает установленным факт умерщвления путем расстрела военнопленных офицерского и частично рядового состава польской армии;
утверждает, что этот расстрел относится к периоду около 2-х лет тому назад, т. е. между сентябрем – декабрем 1941 г.;
усматривает в факте обнаружения судебно-медицинской экспертной комиссией в одежде трупов ценностей и документов, имеющих дату 1941 г. – доказательство того, что немецко-фашистские власти, предпринявшие в весенне-летнее время 1943 г. обыск трупов, произвели его не тщательно, а обнаруженные документы свидетельствуют о том, что расстрел произведен после июня 1941 г.;
констатирует, что в 1943 г. немцами произведено крайне ничтожное число вскрытий трупов расстрелянных польских военнопленных;
отмечает полную идентичность метода расстрела польских военнопленных со способами расстрелов мирных советских граждан и советских военнопленных, широко практиковавшимся немецко-фашистскими властями на временно оккупированной территории СССР, в том числе в городах – Смоленске, Орле, Харькове, Краснодаре, Воронеже».
Опираясь на приведенное «Заключение», данные допросов свидетелей и другие материалы, комиссия Н. Н. Бурденко сделала следующие «Общие выводы»[38]:
