- Дата и время концерта не указаны, штампа Госконцерта нет, значит, билет фальшивый. Похоже, брал с рук.
Она бесцеремонно обращалась ко мне на "ты", видно видела во мне жулика.
- Да, - признался я, - но ведь в кассе нет.
- Конечно нет, их за месяц до спектакля раскупают. Так что в следующий раз бери заранее.
- Я приезжий, нахожусь в командировке, только сегодня прибыл в ваш замечательный город. Прочитал о концерте в газете и сразу сюда. Но увы, кассы закрыты.
- Ладно, если приезжий, я тебе помогу. Подходи, когда спектакль начнется, найду тебе место.
- Понял, спасибо.
Я отошел от входа в зал, и стал бродить по довольно просторному вестибюлю, в котором, кстати, работал небольшой буфет. От скуки я подошел к нему, выпил стакан сока и быстро съел одно пирожное. Наконец, представление началось. Билетерша вышла из дверей и позвала меня рукой. Вместе с ней я вошел в зал, она показала мне на несколько стульев, стоящих вдоль правой стены, и тихо прошептала:
- Мест в партере нет, потому садись на стул. С тебя десять рублей.
- Ого, - подумал я, - похоже бизнес здесь делают все кому не лень.
Но молча протянул женщине деньги и уселся на стул, стоящий ближе к сцене.
Опера была великолепна - яркая, красочная, эмоциональная, с прекрасными костюмами, вокалами и музыкой. Описывать её подробно - бесполезно, её надо видеть. И я быстро понял, почему у неё такие аншлаги, и почему цены на билеты у спекулянтов стоят в десять раз дороже, чем в кассе. Это действительно было весьма знаменательное событие на музыкальной сцене советского времени. Как я узнал позже из Википедии, эта опера была показана зрителям более 2350 раз и вошла в книгу рекордов Гиннесса по числу исполнения одним коллективом. Одно только меня слегка разочаровало - Понаровской в спектакле не было. Вместо неё была другая певица, пела она хорошо, но мне хотелось увидеть и услышать именно Ирину.
Едва исполнители оперы поклонились зрителям и занавес опустился, под продолжающийся шум оваций я быстро пошел за кулисы. Музыкантов "Поющих гитар" я нашел довольно быстро, на второй поклон они явно выходить не собирались, а вот вокалистов среди них не было. Похоже те опять пошли на сцену. Я тут же представился.
- Я, Виктор Артемьев, корреспондент газеты "Комсомольская правда". Приехал из столицы, чтобы взять у вас интервью. Как вы положительно смотрите на это предложение?
- Ого, какая птичка к нам залетела! - ответил бас-гитарист коллектива. - Из самого центра! Что парни, поболтаем с человеком положительно или отрицательно?
- Можно и положительно, - ответил ему другой музыкант, насколько я запомнил, он играл на ударных, - но не здесь. Слушай, Виктор... ты кстати не против, что я тобой на "ты"? ... мы тут парни простые, и потому стараемся избегать ненужных формальностей.
- Не против. Как вам будет удобнее.
- Так вот, Витя, мы сейчас идем ужинать в ближайшую кафешку, там у нас уже заказаны места. Ты нас угощаешь, а мы тебе рассказываем о своем творчестве всё, что захочешь услышать. Договорились?
Я сделал удивленное лицо, такого поворота я не ожидал - на угощение наверняка уйдут все оставшиеся у меня деньги, а может их даже не хватит. Ведь исполнителей этой оперы довольно много.
- Я бы рад... но в моих командировочных подобные расходы не предусмотрены. Бухгалтерия выдала мне деньги только на дорогу, еду и гостиницу, и то на самую дешевую.
- То есть ты хочешь сказать, что звезды советской эстрады нашей величины должны давать интервью бесплатно? Ты это серьезно? Или в вашей конторе сидят такие юмористы?
- Мой босс наверно просто забыл про это.
- Тогда передай ему, чтобы в следующий раз не забывал. А то понимаешь ли нам за искусство обидно.
И музыкант демонстративно от меня отвернулся. Меня это сильно обескуражило, такой вариант событий мне никогда не приходил в голову, но так легко сдаваться я не собирался. Такой случай вряд ли мне еще представится, да и шеф меня совсем не поймет. И потому я решился на новые расходы.
- Впрочем, сто рублей моих личных средств у меня еще осталось. Может этого хватит хотя бы на несколько ваших откровений? А то начальник такого провала мне не простит; он, кстати, ваш большой поклонник и решил написать о вас книгу, потому и послал меня с вами побеседовать.
Музыканты переглянулись, и один из них сказал:
- Ну, если поклонник... если пишет книгу... Что ж, на несколько откровений этого хватит. Поехали с нами, там и поговорим
