Хотя число кавалерийских корпусов и дивизий Красной Армии сильно уступало, числу их танковых и моторизованных аналогов, они также зачастую вынуждены были действовать при неполной численности, особенно на начальных этапах войны (см. таблицу 7.19). Несмотря на относительную слабость в отношении живой силы и огневой поддержки, кавалерийские войска обладали исключительной мобильностью, что могло эффективно использоваться при проведении рейдов в глубокий тыл немцев. Такие операции проводились в июле 1941 года в районе Бобруйска, а в августе того же года — к северу от Смоленска.
Впечатленная этими успехами, Ставка в последующей зимней кампании использовала 1-й, 2-й и 5-й гвардейские кавалерийские корпуса в авангарде наступления под Москвой и к югу от Харькова. Однако, хотя эти корпуса и отличались крайней мобильностью, они все же были весьма слабы. Поэтому, сталкиваясь с организованным сопротивлением противника, они всегда несли тяжелые потери и быстро теряли наступательный импульс.
Подобно танковым и механизированным корпусам, большинство кавалерийских корпусов и дивизий весной и летом 1942 года начинали наступательные бои при полной или почти полной численности, но несли тяжелые потери, прежде чем их отводили в тыл на отдых и пополнение. Поэтому начиная с декабря 1941 года и на протяжении всего 1942 года командующие фронтами старались для снижения ее уязвимости применять кавалерию в сочетании с танками и артиллерией. Однако пересеченная местность и трудности с материально-техническим снабжением обычно приводили к тому, что конница быстро отрывалась от танков.[437]
В оставшиеся месяцы 1942 года Ставка и командование фронтами для снижения потерь кавалерийских корпусов обычно использовали их, либо подчиняя танковым войскам, либо в тесном взаимодействии с ними. Например, 8-й кавалерийский корпус поддерживал в июле наступление 5-й танковой армии под Воронежем и был подчинен той же армии во время ее наступления в ноябре под Сталинградом. 2-й гвардейский кавалерийский корпус взаимодействовал с 6-м танковым корпусом при наступлении в ноябре под Ржевом, он же, уже имея в своем составе два полных танковых полка, взаимодействовал со 2-й танковой армией, наступавшей в феврале-марте 1943 года к западу от Курска. Одновременно 8-й кавалерийский корпус взаимодействовал с двумя механизированными корпусами во время наступления Красной Армии в Донбассе.
Несмотря на такое взаимодействие, кавалерийские корпуса все равно часто несли тяжелые потери. В результате к концу 1943 года Ставка начала формировать конно-механизированные группы, обычно состоящие из кавалерийского и механизированного корпусов, действующих под началом командующего кавалерийским корпусом. Такое тесное взаимодействие танков, мотопехоты и артиллерийской поддержки наконец сократило потери кавалерийских корпусов.
Хотя Красная Армия в 1941 году имела, внушительный набор бронетехники, ее неспособность эффективно использовать эту технику на поле боя обусловила высокие потери и серию впечатляющих поражений, понесенных летом 1941 года, а также весной и летом 1942 года. Успехи Красной Армии в конце 1942 и в 1943 году также напрямую отражали возросшую способность Советского Союза разрабатывать и производить новые танки, а также создание танковых и механизированных соединений, способных более действенно применять эту новую бронетехнику на полях сражений.
Когда 22 июня 1941 года началась война, основная масса танкового парка Красной Армии, примерно 2060[438] из общего количества ее 23 767 танков, относилась к устаревшим образцам.[439] В число этих образцов входили легкий пехотный танк Т-26, вооруженный 45-мм пушкой, легкие кавалерийские танки БТ-2 и БТ-5, оснащенные соответственно 37-мм и 45-мм орудиями, средний танк Т-28, вооруженный 76-мм пушкой и тяжелый танк Т-35, башни которого были вооружены одним 76-мм и двумя 45-мм орудиями. Вдобавок Красная Армия использовала разведывательные танки Т-37 и Т-38 оснащенные пулеметами и, в орудийной версии Т-38,20-мм пушкой.[440]
Учитывая устарелость этих танков, НКО в 1940 году начал взамен этих старых образцов проектировать и запускать в производство танки нового поколения. В их число входили легкий танк-амфибия Т-40, созданный для замены танков Т-37 и Т-38, пехотный танк Т-50, сменивший легкие танки Т-26, средний танк Т-34 с 76-мм пушками, заменивший танки БТ-2 и БТ-5, а также созданные на замену среднему Т-28 и тяжелому Т-35 тяжелые танки КВ-1 и КВ-2, первый — с 76-мм пушкой, второй — со 152-мм гаубицей.
