– Прекрасно. Значит, вы очень рады, что поместили эту заметку и говорили оскорбительные вещи о миссис Монт, находясь у нее в гостях?
Марджори Феррар до боли в ладонях сжала перила. Этот голос приводил ее в бешенство.
– И тем не менее, мисс Феррар, вы возмущаетесь, когда другие говорят неприятные вещи о вас. Кто посоветовал вам обратиться в суд?
– Сначала мой отец, потом – жених.
– Сэр Александр Мак-Гаун. Он вращается в вашем кругу?
– Нет, в парламентских кругах.
– Прекрасно. А ему известны те нормы поведения, какие приняты в вашем кругу?
– Между отдельными кружками нет резких границ.
– Благодарю за сообщение, мисс Феррар. Скажите мне, вы знаете, каково понятие друзей сэра Александра о морали и нормах поведения?
– Думаю, что разницы почти нет.
– Вы хотите сказать, мисс Феррар, что общественные деятели столь же легкомысленно относятся к нормам поведения и вопросам морали, как и вы?
– Почему вы предполагаете, сэр Джемс, что они относятся легкомысленно?
– Что касается поведения, милорд, то из ее ответов явствует, как легкомысленно она относится… ну, скажем, к своим обязанностям по отношению к хозяйке дома. К вопросу о нравственности я сейчас перейду.
– Да, перейдите, а затем уже делайте выводы. Какое отношение к этому имеют общественные деятели?
– Я хочу сказать следующее, милорд: эта леди страшно возмущена словами, на которые имеет полное право обидеться общественный деятель или рядовой гражданин, но не она и не те, кто разделяет ее взгляды.
– В таком случае вы должны выяснить, каковы ее взгляды. Продолжайте!
Марджори Феррар, едва передохнув, опять взяла себя в руки. Ее взгляды!
– Скажите, мисс Феррар, общественные деятели более старомодны, чем вы?
– Быть может, они скажут – да.
– А вы думаете, что они лицемерят?
– Я вообще о них не думаю.
– Хотя за одного из них выходите замуж? Вы недовольны словами «представления не имеет о нравственности». Скажите, вы читали роман «Шпанская мушка»?
Он показал ей книгу.
– Кажется, читала.
– Как! Вы не знаете?
– Я ее просмотрела.
– Сняли сливки, да? Вы прочли достаточно, чтобы иметь о ней представление?
– Да.
– Вы согласны с той точкой зрения, какая выражена в этом письме в журнал: «С этой книгой врывается как бы свежая струя в затхлую атмосферу Англии, осуждающей все более или менее смелые произведения искусства». Вы с этим согласны?
– Да. Я ненавижу ханжество.
– «Это, несомненно, Литература». Написано с большой буквы. Как ваше мнение?
– Литература – да. Может быть, не первоклассная.
– Но издать эту книгу следовало?
– Не вижу оснований, почему не следует ее издавать.
– Вам известно, что она издана за границей?
– Да.
– Но ее следовало бы издать в Англии?
– Конечно, эта – книга не для всех…
– Пожалуйста, не уклоняйтесь от ответа. Как по-вашему, этот роман, «Шпанская мушка», следовало издать в Англии или нет?.. Я вас не тороплю, мисс Феррар.
Ничего от него не ускользает! А ведь она только на секунду приостановилась, соображая, куда он клонит.
– Да. Я считаю, что искусство должно быть свободно.
– Вы не одобрили бы запрещения этой книги?
– Нет.
– Вы не одобрили бы запрещения любой книги, если бы оно было сделано из моральных соображений?
– Как я могу сказать, не зная книги? Ведь никто не обязан читать все, что пишут.
– И вы считаете, что вашу точку зрения разделяют общественные деятели и рядовые граждане?
– Нет, не считаю.
– Но люди вашего круга с вами согласны?
– Надеюсь, что да.
– Противоположная точка зрения была бы старомодной?
– Да, пожалуй.
– И люди, стоящие на ней, – люди отсталые?
– В области искусства – да.
– А! Я так и думал, что мы доберемся до этого слова. Вы, вероятно, не связываете искусство с жизнью?
– Нет.
– Не думаете, что оно может иметь какое-нибудь влияние на жизнь?
– Не должно иметь.
– Если автор проповедует крайнюю разнузданность, то не может ли его книга повлиять на читателей, в особенности на молодежь?
– На меня такая книга не повлияла бы, а за других я не ручаюсь.
– Вот это эмансипированность!
– Не понимаю, что вы хотите сказать.
– Ведь то, что вы говорите об отрыве искусства от жизни, не более чем эффектная болтовня; разве вы этого не сознаете?
– Конечно, нет.
– Ну, скажем по-другому: могут ли люди с общепринятыми взглядами на мораль разделять ваше убеждение, что искусство не влияет на жизнь?
– Могут, если они культурны.
– Культурны! А вы сами верите в общепринятую мораль?
– Не знаю, что вы называете общепринятой моралью.
– Я вам объясню, мисс Феррар. Вот, например, одно из правил общепринятой морали: женщина не должна вступать в связь до брака, а по выходе замуж иметь любовников.
– А что вы скажете о мужчинах?
– Сейчас перейдем к мужчинам: мужчины не должны вступать в связь по крайней мере после заключения брака.
– Я бы не назвала это правило общепринятым.
Поддавшись желанию поиронизировать, Марджори Феррар поняла, что допустила ошибку. Судья повернулся к ней и заговорил:
– Я не совсем понял. Значит, вы стоите на той точке зрения, что женщина может вступать в связь и до и после брака?
– Я думаю, милорд, что общепринятая точка зрения такова. Во всяком случае, это практикуется.
