Современная венгерская пьеса полностью

Входит  с а н и т а р.

Лошадь господину шефу пожарной команды.

С а н и т а р. Слушаюсь. (Уходит.)

К и п р и а н и. Я дам вам лошадь, и вы будете на ней здесь кататься сколько угодно.

С а н и т а р (приносит деревянную лошадь-качалку). Прошу.

Тоот с любопытством смотрит на лошадь, затем подходит и садится на нее верхом.

М а р и ш к а. Ты здесь хочешь остаться, Лайош? Не пойдешь домой?

Т о о т. Я не дурак. (Качается с увлечением.)

К и п р и а н и. Мадам, ваш муж будет здоров, вы можете быть совершенно спокойны.

М а р и ш к а. Нас ждет господин майор, мы должны делать коробки. Речь идет о жизни нашего сына.

Т о о т (качаясь на лошади). Я отсюда никуда не уйду. Мне здесь хорошо. (Киприани.) Я сделал все, что было в моих силах, все, но я ведь тоже человек. Я остаюсь!

М а р и ш к а. Ты пойдешь со мной, Лайош. Ты пойдешь со мной, и мы будем резать коробки.

Т о о т. С коробками покончено. Лучше умру.

М а р и ш к а (Киприани). Уговорите его, господин профессор. Не для того я его к вам привела, чтобы он совсем лишился разума.

К и п р и а н и. Мадам, раз вы обратились ко мне, то будьте любезны меня слушаться. В конце концов, я тоже… Должен же когда-нибудь наступить конец этой проклятой войне! (Все более распаляясь.) Этому богом проклятому миру, где вокруг одни сумасшедшие. (Надевает на себя смирительную рубашку, поданную санитаром.) Настанет день — и вашего господина майора повесят. И начальника вашего господина майора тоже повесят. (Кричит.) Всех перевешают!

М а р и ш к а. Ты слышишь, Лайош?

Санитар скручивает профессору руки за спину, завязывает.

К и п р и а н и. Может быть, тогда наконец рухнет стена, которая все время падает.

М а р и ш к а. Бежим, Лайош!.. Караул!

М а р и ш к а  и  Т о о т  в ужасе убегают.

К и п р и а н и (успокаиваясь, садится на лошадь-качалку). И тогда наконец все устроится, как надо: и люди, если захотят, будут спать, зевать, потягиваться…

Музыка. Перед нами медленно проплывает веранда, мы видим  Т о о т а, М а р иш к у, А г и к у  и  м а й о р а.

Все дружно работают, вырезают и складывают коробки. Веранда исчезает.

Деревянное сооружение: туалет. Вокруг растут мальвы. Солнечный полдень.

М а й о р  подходит к дверям туалета, стучит, потом покашливает. Не получив ответа, уходит. Входит  М а р и ш к а.

М а р и ш к а (стучит в дверь). Перестань упрямиться, Лайош, я же знаю, что ты там.

Тоот покашливает.

И до каких пор ты намерен там сидеть?

Г о л о с  Т о о т а (из туалета). Он уезжает?

М а р и ш к а. Он уезжает завтра, ты же знаешь.

Г о л о с  Т о о т а. Тогда посижу еще немножко.

М а р и ш к а. Только о собственном удовольствии думаешь. Агика!

Появляется  А г и к а.

Я пошла в магазин. Папа — в туалете, господин майор — в доме. Смотри за ними. (Уходит.)

Быстро и решительно входит  м а й о р, стучит в дверь. Тоот вежливо покашливает. Майор шагает перед туалетом взад-вперед.

А г и к а. Не правда ли, чудесная погода, господин майор?

Майор не обращает на нее внимания.

Солнце, и в то же время не жарко.

Молчание.

Можно вам задать один вопрос, господин майор?

М а й о р (недовольно). Ну, что еще?

А г и к а. Почему господин майор иной раз бывает в хорошем настроении, иной раз в плохом? (Загораживает дорогу майору, который пытается пройти к туалету. Срывает цветок, втыкает себе в волосы.) Так я вам больше нравлюсь, господин майор?

Майор ходит взад-вперед.

Я все не решалась, господин майор, вас спросить… Скажите первое, что вам приходит на ум, когда вы смотрите на меня.

М а й о р. Ваш отец все еще там?

А г и к а. Ах! (Закрывает лицо ладонями. Убегает.)

М а й о р (стучит в дверь). Алло!

Г о л о с  Т о о т а. Одну минуту.

М а й о р. Я это слышу со вчерашнего вечера. Тоот, вы что-то замыслили. Что вы замыслили, отвечайте!