Данный раздел начинается с описания моей собственной попытки (Ritzer, 1979, 1981а) микро-макроинтеграции. Здесь мы относительно кратко рассмотрим этот вопрос, поскольку интегрированная социологическая парадигма представлена в приложении. Там излагается ее суть, поскольку данная парадигма представляет собой метатеоретическую схему, согласно которой организована настоящая книга. В данном разделе предметом нашего внимания станет вопрос интеграции микро- и макропозиций в том виде, как он выражен интегрированной парадигмой.
Следует отметить, что мой взгляд на интегрированную парадигму в целом, и, в частности, на такого рода интеграцию, сформировался под влиянием творчества ряда предшественников, особенно Абрахама Эделя (Edel, 1959) и Джорджа Гурвича (Gurvitsh, 1964); см. также Bosserman, 1968). Гурвич считает, что социальный мир можно изучать с точки зрения «горизонтальных» уровней (Смелзер [Smelser, 1997] выделяет четыре уровня), представленных в восходящем порядке от микро- к макропорядку: формы социальности, групповые образования, социальные классы, социальная структура и глобальные структуры. Чтобы дополнить эту иерархию, Гурвич также предлагает десять «вертикальных», или «глубинных», уровней, начиная от наиболее объективных социальных явлений (например, экологические факторы, организации) и заканчивая наиболее субъективными (коллективные представления и ценности, коллективный разум). Гурвич перекрещивает горизонтальные и вертикальные измерения для того, чтобы получить многочисленные уровни социального анализа.
В своей работе по интегрированной социологической парадигме, опираясь на достижения Гурвича, я пытался создать более емкую модель. Она начинается с микро-макроконтинуума (горизонтального уровня у Гурвича), идущего от индивидуального мышления и действия к мировым системам (см. приложение, рис. П.1). К данному континууму добавляется объективно-субъективный континуум (вертикальные уровни Гурвича), варьирующийся от таких материальных явлений, как индивидуальное действие и бюрократические структуры, до таких нематериальных, как сознание, нормы и ценности (см. приложение, рис. П.2). Следуя за Гурвичем, я перекрещиваю эти два континуума, но таким образом, что в результате получается не множество, а всего лишь четыре уровня социального анализа, что значительно упрощает их изучение. Они изображены на рис. 10.1[93].
По моему мнению, проблему взаимосвязи микро-макроуровней нельзя рассматривать в отрыве от объективно-субъективного континуума. Все социальные явления как микро-, так и макропорядка — объективны или субъективны. Таким образом, вывод состоит в том, что существуют четыре основных уровня социального анализа, и социологи должны исследовать диалектическую взаимосвязь между ними. Макрообъективный уровень включает масштабные материальные явления: общество, бюрократия и технология. Макросубъективный уровень охватывает масштабные нематериальные явления — например, нормы и ценности. Что касается микроуровней, то микрообъективность подразумевает частные сущности, типа действия и взаимодействия, тогда как микросубъективность относится к частным ментальным процессам, с помощью которых люди конструируют социальную реальность. Каждый из этих четырех уровней важен сам по себе, однако наибольшее значение имеет динамическая связь между ними.
Я использовал интегративный подход в работе «Выражая Америку: критика глобального общества кредитных карточек» (Ritzer, 1995). В частности, я обратился к идеям Ч. Райта Миллза (С. Write Mills, 1959) относительно взаимодействия между микроуровневыми
Личные проблемы — те, что влияют на индивида и его непосредственное окружение. Например, муж, который бьет жену, создает проблемы для своей супруги, других членов семьи и, возможно, для себя (особенно если вступает в действие закон). Однако действия отдельно взятого мужа, бьющего свою жену, не порождают общезначимой проблемы: эти действия не приведут к массовому протесту за отмену брака как социального института. Общественные проблемы, как правило, затрагивают большое количество людей и общество в целом. Разрушение брака как института, отчасти из-за распространения случаев избиения женщин, было бы общественной проблемой. Между личными неурядицами и социально значимыми проблемами существуют различные взаимосвязи. Например, широкое распространение первых может вырасти в общественную проблему, которая, в свою очередь, послужит причиной многих личных проблем.
