— А что между вами происходит? Ты снова воспылал к ней чувствами? — доносится от Кристиана. Не могу винить его за непонятливость, поскольку я сам еще толком с этим не разобрался.
Прежде чем я успеваю что-либо ответить, раздается покашливание Шэйн, и она появляется в дверях. Влажные волосы переброшены через плечо, моя футболка свисает почти до колен, и создается ощущение, будто под ней на девушке больше ничего нет.
— Привет. — Шэйн неуверенно взмахивает рукой.
— Присаживайся, сестренка. — Холден похлопывает по дивану рядом с собой.
Она бросает ему выразительный взгляд, но ничего не отвечает и, скрестив на груди руки, недоверчиво идет через комнату. Язык ее тела говорит о том, что ей некомфортно снова тут оказаться. Она садится на противоположную сторону дивана — подальше от Холдена и стараясь занять как можно меньше пространства.
— Зачем я здесь?
— Я задаюсь тем же вопросом, — говорит Кристиан.
— Эй, мужик, какого черта? — выпаливает Холден.
— Нет, все в порядке. Я полностью разделяю его чувства, — подает голос Шэйн.
— Тебе нужны ответы. Нам тоже.
— Так давайте же выложим карты на стол, — предлагает Холден, откинувшись на спинку дивана и положив ноги на журнальный столик.
— Хорошо, — тянет Шэйн, ее голос пронизан скепсисом, когда она смотрит на меня. — Зачем ты велел Холдену втереться ко мне в доверие?
Я смотрю на Холдена и его вечно не закрывающийся рот.
— Во-первых, я никогда не притворялся рядом с тобой, — произносит брат и подмигивает девушке. Шейн моргает и встает с дивана, будто собираясь уйти.
— Ладно-ладно, подожди, — произносит Холден и смотрит на меня. Я киваю, посылая ему безмолвное одобрение. Прошел целый год, а у нас по-прежнему нет ответов. Все попытки что-то узнать не приносят результатов. Возможно, пришло время попробовать новую тактику.
— Несколько месяцев назад мы начали вспоминать тот день, когда Дэнни… — Его голос надламывается, брату все еще тяжело произносить эти слова. Прочистив горло и откинув голову на спинку дивана, он поднимает взгляд в потолок. Его колени подергиваются. — Кое-что не сходилось. Мы гуляли по этим лесам и водопадам всю свою сознательную жизнь. Он просто не мог случайно упасть. Черт, и я на сто процентов уверен, что он не совершал самоубийство.
— Даже если он и хотел покончить с собой, он бы не стал совершать это в том месте, — добавляю я. — Сколько раз каждый из нас прыгал с того утеса? Там невозможно разбиться насмерть.
Может быть, и возможно, но для этого нужно сильно постараться. Мы прыгали с обрыва с двенадцати лет. И если бы я хотел свести счеты с жизнью, то это было бы несложно.
Шэйн кивает, и ее глаза светятся сочувствием. На это больно смотреть.
— Поэтому мы стали разбираться в этой ситуации, понимаешь? — говорит Холден и опускает голову, чтобы взглянуть на Шэйн. — Пытались найти звонки в службу спасения, полицейские отчеты… хоть что-то. Но мы не смогли ничего раздобыть. Эта информация защищена лучше, чем чертов Форт-Нокс.
Шэйн поджимает губы и хмурится.
— Я думала, что звонки в неотложку находятся в свободном доступе.
— Так и должно быть, — говорю я, удивленный ее осведомленностью и невозмутимостью. — Кому-то очень нужно, чтобы эту запись не нашли.
— Это…
— Охренеть как подозрительно? — заканчивает за нее Холден.
— Да. — Шэйн медленно кивает, ошарашенная всей этой информацией. — Это как-то связано с теми копами, которые тебя искали? — спрашивает она, взглянув на брата.
Он кивает.
— Нам не разрешают получить копию полицейского отчета, потому что дело якобы еще не закрыто, но детектив ни хрена не сделал. Я разбил его машину бейсбольной битой к чертовой матери. Не самый лучший мой поступок.
Какой же придурок.
— Погоди, но когда я тебя подобрала, биты не было.
— Выкинул ее где-то в лесу.
— Ты прикалываешься? Ты выбросил биту, на которой, скорее всего, есть твоя кровь. Холден, с тем же успехом ты мог написать им свое имя и адрес. Чем ты только думал?
— Думал о том, что
Шэйн закатывает глаза, но от слов Холдена ее лицо смягчается.
— Но вы так и не ответили на мой главный вопрос. Какое отношение имею к этому я? Почему вы мне не доверяете?
Холден колеблется, не зная, как лучше выразиться. Кристиан тоже молчит.
— Потому что нам кажется, что мы знаем, кто это сделал. За день до трагедии Дэнни кое с кем поругался, — говорю я и слежу за реакцией Шэйн, облокотившись на музыкальный центр и скрестив на груди руки.
— И с кем же?
— Это был Грей.
Глава 19
— Это был Грей.
— Что? — выдыхаю я. Обессиленно сажусь обратно на диван и пытаюсь переварить всю полученную за последние несколько минут информацию. Он ни разу не упоминал об их ссоре. — Нет, — трясу головой. — Ты не понимаешь. Грей был совершенно раздавлен после того, как Дэнни… и он в таком состоянии до сих пор.
