Соври мне красиво (ЛП) полностью

Смотрю на Тайера, умоляя его поверить мне.

— Ты просто не представляешь, как это на него повлияло. Он практически перестал общаться со мной и домой тоже не приезжает.

Вся троица обменивается взглядами, и я буквально слышу их безмолвные мысли. Они считают, что поведение Грея продиктовано чувством вины.

— Я знаю своего брата, — оборонительно продолжаю. — Даже если они и поругались, что с того? Они были лучшими друзьями. Братьями, — говорю через силу. — Из-за того, что они не были одной крови…

— Успокойся. — Тайер поднимает ладони и приближается ко мне так, будто я раненое животное.

— У нас нет фактов, вот мы и пытаемся заполнить пробелы, — добавляет Холден. — Нужно узнать и остальные детали произошедшего.

— И вы подумали, что я покрываю Грея, — произношу я, все еще силясь разобраться во всем сказанном. Вот, почему они отвернулись от меня. От всех нас.

— Разве глупо было бы предположить, что ты сохранишь верность семье? — спрашивает Тайер, остановившись передо мной.

— Моя семья — это вы! — в отчаянии выпаливаю я, не подумав. — Или… были ею. Тогда.

— Мы и сейчас семья, — говорит Холден, глядя на меня этими своими щенячьими глазами.

У меня вырывается горький смешок.

— Вы обращались со мной как с дерьмом.

Кристиан никогда толком не озвучивал своих чувств по отношению ко мне. Мне казалось, что он сознательно держался в стороне, и меня это устраивало. Главное, что он не портил мне жизнь. А вот Тайер и Холден… они причиняли мне боль. Потому что были дороги мне, как никто в моей жизни.

— Семьи ссорятся. — Он пожимает плечами.

Тайер не вторит сентиментальным репликам Холдена, но садится между нами на огромном диване. Я откидываюсь на подлокотник лицом к ним обоим и обхватываю колени руками.

— У меня есть еще один вопрос, — произношу я, меняя тему.

У меня еще целая куча вопросов, но большая часть из них о нас с Тайером, и я более чем уверена, что он намеренно собрал это небольшое семейное заседание, чтобы я не смогла их озвучить.

— Почему наши родители отозвали помолвку? — Все было прекрасно — насколько возможно в сложившихся обстоятельствах, — а на следующий день мне внезапно велели собирать свои вещи.

Холден и Тайер обмениваются понимающими взглядами.

— Что? — Мои глаза мечутся между парнями, и я чувствую, что нахожусь на грани срыва. — Скажите мне.

— Прошел слушок, что у твоей матери интрижка на стороне, — говорит Холден.

Я смеюсь в голос.

— Прошел слушок? — Это просто смешно. — И какая же ревнивая домохозяйка его пустила?

— Мой отец, — отвечает Тайер.

— Что? — Я недоверчиво хмурюсь. Но потом вспоминаю ту ночь, когда я видела маму с другим мужчиной. Это был ее любовник? Но почему она ничего не рассказала? Если их отношения длятся уже давно, то меня стоило представить этому человеку… или хотя бы сообщить о его существовании. Так вот, что она утаивала от меня?

— Ты так усиленно думаешь. Смотри не перенапрягись, — подкалывает Холден.

— Я пошел спать, — зевнув, сообщает Кристиан и встает. Он всю дорогу молчал, и я практически забыла о его присутствии здесь.

— Неужели никакой ночевки с твоим дружком Бейкером? — дразнит его Холден.

Кристиан усмехается и двигает кулаком, имитируя мастурбацию, после чего уходит наверх, а Тайер и Холден посмеиваются ему вслед.

— Мне пора домой. — Я потягиваюсь, внезапно почувствовав жуткую усталость. Возбуждение давно прошло, и мне хочется лишь одного: рухнуть в постель.

— Я отвезу тебя утром, — говорит Тайер. — Можешь остаться здесь.

— Эм, не думаю, что это хорошая идея.

— Почему?

— Потому что я больше здесь не живу, потому что это странно, потому что наши родители взбесятся… — перечисляю причины. — Выбирай любое.

— Кому какое дело, нет и они ничего не узнают, — отвечает Холден на каждое из утверждений. — Ну же. Посмотрим кино и устроим ночевку как в старые добрые времена.

Я хмурюсь.

— Мы ни разу такого не делали.

— Тогда самое время начать. — Холден спрыгивает с дивана, достает из-за него несколько покрывал и кидает их мне, после чего берет пульт и растягивается на пледе, на котором сидел Кристиан.

Покосившись на Тайера, я пытаюсь прочесть его мысли. Но его лицо, как обычно, остается бесстрастным.

— Ты точно первым делом с утра отвезешь меня домой?

Если что, я могу дойти и сама. И могла бы сделать это прямо сейчас, будь у меня желание двадцать минут идти по темному лесу. В одиночку.

Тайер кивает, и я громко вздыхаю. Я даже не знаю, сколько сейчас времени. Когда Тайер оставил меня на втором этаже, чтобы переодеться, я забрала из ванной обувь и мокрую одежду, застирала платье в раковине, после чего сложила все в углу, убедившись, что спрятала белье вглубь вещей. Потом позвонила Вален, чтобы убедиться, что она добралась до дома, и пообещала рассказать ей все утром. Бросила телефон на стопку одежды и наполовину смущенная, наполовину возбужденная притащила свою задницу в медиазал.

Слишком уставшая, чтобы спорить, я откидываюсь на подушки, прижав колени к груди, и накрываюсь кремовым кашемировым пледом.

— Умница, — хвалит Холден, и я улавливаю в его голосе нотку волнения. Как будто он искренне рад, что я здесь.