– Ну ты крут, – раздалось сзади. – Двигался, словно молния, даже я уследить не успел.
– Молния? – удивился я. – Наоборот, все остальное двигалось с черепашьей скоростью!
– Неа, это просто ты так летал, что окружающее медленным казалось.
– Может быть, может быть...
– Слушай, – неожиданно предложил Ричард – А давай наши подвиги считать? Вон герои всякие годами лазят по самым злачным местам планеты, неприятностей на свою голову и на прочие части тела ищут, а мы на них сами натыкаемся. Вот и давай считать, чтоб интересно было.
– Давай, – согласился я. – Значит, это уже какой подвиг?
– Четвертый.
– Не гони! Пятый.
Вот всегда так! Не можем мы не поспорить. Однако в этот раз все завершилось миром. В смысле приложить друг друга не успели по далеко не самой прозаичной причине. Неожиданно (интересно, в этом мире хоть что-нибудь бывает предсказуемо?) нас накрыла огромная тень, и через секунду на землю опустился самый настоящий взрослый грифон. Да, немаленькая зверюшка – размером с рыцарского жеребца, с огромным клювом и когтями-саблями. Грифон издал клокочущий крик и уставился на нас желтым глазом. Детеныш, который все это время смирненько лежал под деревом, радостно запищал.
– Как думаешь, – хрипло поинтересовался Ричард, – он поверит, что мы, все такие белые и пушистые, прогнали нехороших дядей-охотничков, а сами ничего плохого вовсе и не замышляли?
– Тебе честно ответить или обнадеживающе соврать?
– Понял. Принял к сведению. Чтоб я еще хоть раз к тебе за утешением полез!
Не думайте, что нам все побоку и мы в состоянии спокойно болтать перед носом у ходячей смерти. Просто тогда было настолько страшно, что нам ничего не оставалось, кроме как говорить. Иначе бы свихнулись...
– А может, ты попробуешь с ним... ну, как со стрелами? – дельно предложил кот.
Я кивнул и добросовестно стал пробовать. Закрыл глаза и представил, что меня окунают в лужу. Не помогло. Сосредоточился, попытался войти в нирвану. Не помогло. Плохо. А жить как хочется! Бежать? А куда тут убежишь? Эта махина нас вмиг настигнет, и... нет-нет, не хочу думать, что будет после «и».
Грифон тем временем говорил с малышом на своем птичьем языке, и у меня появилась слабенькая надежда, что тот рассказывает о нашей посильной помощи в спасении вымирающего вида. Когда их диалог окончился, грифон повернулся в мою сторону, наклонился и... сказал русским языком (опаньки, только сейчас об этом подумал – ведь не на русском тут говорят, а я все понимаю и сам произношу ясные слова, а из уст вылетает все на местном наречии):
– Человек, мой сын говорит, что ты спас его от рук убийц. Спасибо, человек. Ты совершил благородный поступок, и теперь я у тебя в долгу. Какое имя твое, человек?
– Антоний, – пискнул я.
– Знай же, Антоний, что отныне любой грифон, встреченный тобой, всегда поможет тебе, ибо таково слово мое, короля грифонов.
– Э-э-э... большое спасибо, ваше величество, – откашлявшись, выдал я. – Премного, как говорится, благодарен.
Грифон выслушал мою сбивчивую речь, поклонился, подхватил детеныша и улетел, обдав нас с Ричардом волной теплого воздуха.
– Ну прям как в сказке, – ошарашенно проговорил синий кот.
– Да уж, удачно сходили. Совершенно не напряглись, зато получили понтовую крышу от кошачье-пернатых.
– Как думаешь, это к подвигам можно приписать?
– А хрен его знает. Ладно, чего расселся? Пошли уже...
Нашего коня не украли. Парнокопытный стоял там же, где его оставили, и встретил нас радостным ржанием. Гордость гордостью, однако куковать в лесу в полном одиночестве животине явно было неохота.
Ричард, до сих пор находившийся под впечатлением от эпизода с браконьерами, покорно согласился везти меня на горбу и даже не считал шаги, что с его стороны можно принять за величайшую милость. Однако от болтовни кот меня не избавил и всю дорогу доказывал, что происшедшее с грифоном никак не может быть реальностью.
– Ну пойми ты, – втолковывал взбудораженный кошан. – Не может сын царя грифонов быть пойман посреди леса жалкой кучкой охотников! Что ему вообще было в этом лесу делать?
– Не знаю – может, охотиться?
– Три «ха-ха»! Он и летать-то не умеет, цыпленок щипаный!
– Тогда не знаю... А тебе вообще какая разница? Что случилось, то случилось...
