– Мы в порядке, – согласился Ник, по-прежнему гладя Фрэнки, который явно наслаждался лаской и сонно распластался на коленях девушки. – Славный пес.
– Он обычно не так приветлив с незнакомыми людьми, – отозвался Джейми, поднимая взгляд на собеседника, точно завороженный.
Молодой Лю был одержим мифами о легендарном герое, изучал его и рисовал картины. В итоге эти исследования привели к заключению под стражу. Джоанна не могла представить, какие чувства испытывает к бывшему кумиру Джейми сейчас.
– Я должен помочь Тому, – добавил он – неясно, в качестве предлога убраться подальше от опасного пассажира или действительно желая вернуться к партнеру. – Предлагаю вам немного поспать. Время есть: мы покатаемся по реке, пока не закончатся рейды.
Ник поглаживал большим пальцем голову Фрэнки. Джейми опустил шторки иллюминаторов, погружая помещение в темноту, чтобы гости могли отдохнуть, и зашагал по лестнице наверх. К тому времени Ник уже прикрыл глаза и ровно задышал. Покачивание баржи убаюкивало, и Джоанна гадала, на самом ли деле спутник заснул. Он говорил, что обычно рано встает, а значит, к нынешнему моменту провел на ногах уже более суток.
Однако когда она повернулась, рассматривая Ника, он вскинул голову, открыл глаза и взглянул прямо на Джоанну.
– Вы действительно называете себя монстрами? – Его вопрос звучал медленно, будто в полусне.
Она представила, как отвечает правду: «Да, потому что мы ими и являемся. Потому что крадем жизни людей». Затем вообразила реакцию на свое откровение. Страх. Отвращение. И Ник покинет баржу сразу же, как только они причалят. А при следующей встрече уже будет возглавлять армию охотников на монстров.
Что, если солгать? Ответить что-то вроде: «Нет, с чего ты это взял? Вовсе и не зовем мы себя так. Тебе, наверное, показалось». Но Джоанна тут же отмахнулась от этой идеи. Не исключено, что ранее Ник уже мог слышать, как кто-то в гостинице упоминал монстров, и возражения лишь вызовут его подозрения.
Молчание затягивалось. Еще несколько мгновений – и оно станет неловким, породив ненужные вопросы, поэтому Джоанна призналась, стараясь контролировать свое учащенное дыхание:
– Да, мы действительно так себя называем.
Как Ник поступит дальше?
Пару секунд он молчал, после чего сонно поинтересовался:
– Но почему?
Джоанна попыталась разглядеть его лицо в полумраке, но сумела различить только очертания большого тела. Именно этого вопроса она так боялась. Этот вопрос задала прежде сама, но слишком поздно. Ее родные всегда называли себя монстрами. Но она не интересовалась, по какой причине, до того вечера, когда бабушка сообщила, что внучка похитила день жизни у их соседа.
Снова отметив затянувшееся молчание, Джоанна нерешительно, запинаясь через слово, промямлила:
– Ты и сам видел, насколько опасен этот мир. Насколько опасны эти люди.
Ник задумался над ответом. Во время паузы сердце Джоанны оглушительно билось и она гадала, слышит ли его собеседник.
Наконец он медленно произнес:
– Да, я видел, но… Почему именно монстры? Мы встретили как плохих, так и хороших людей. Плохих вроде Корвина и хороших, например, Джейми с Томом. Плюс ты сама говорила, что Аарон на самом деле не такой негодяй, каким кажется.
– Ник… – Джоанна ощутила прилив вины.
– Это название вам дали обычные люди?
– В каком смысле?
– Твой народ обладает способностями, – прошептал Ник. – Поэтому некоторым может показаться опасным. Возможно, даже чудовищным. Но… – Он покачал головой. – Там, в переулке, Джейми боялся меня. Боялся, что его личность раскроют. – Каждое слово звучало медленнее предыдущего.
Так он и вправду заметил ужас молодого Лю. Перед глазами снова промелькнула картина из прежнего потока событий: как герой стоит над телами четырех только что убитых им монстров.
– Думаю, монстрами вас назвали люди, потому что боялись ваших способностей, – совсем уже сонно пробормотал Ник. – В итоге все всегда сводится к страху.
Когда Джоанна проснулась, двигатель все так же низко гудел, а волны плескались о борта. В иллюминаторы она увидела медленно проплывавшие мимо кирпичные строения с белыми рамами окон. Должно быть, Джейми открыл шторки и теперь яркий солнечный свет блестел на поверхности воды. Погода наладилась, и на голубом небе остались лишь обрывки облаков.
Снаружи доносился громкий смех и лай собак. Кто-то заливисто и весело свистел. Баржа явно приближалась к пристани.
Ник размеренно дышал рядом с Джоанной, по-прежнему погруженный в глубокий сон. Темноволосая голова покоилась на подушках, крупное тело наклонилось к ней. Она до сих ощущала тепло в боку. Видимо, в какой-то момент они прижались друг к другу.
