Джоанна старалась не нервничать, пока ждала их возвращения. Она напрягла слух, чтобы вовремя заметить малейший скрип или звук шагов. Затем обхватила себя руками в попытках согреться. В коридоре было очень холодно, несмотря на теплую погоду. Наверняка маленькая спальня напротив успела промерзнуть насквозь.
Интересно, кому она принадлежала? В подобных особняках комнаты обслуживающего персонала обычно располагались под самой крышей. Да и одной спальни явно бы не хватило. Любопытство побудило Джоанну заглянуть внутрь, чтобы обнаружить хоть какую-то подсказку. Вдоль стены стояла кровать с тонким матрасом и железной рамой, напомнив мебель из школьного лагеря. В углу ютился небольшой шкаф. Забранное решеткой окно демонстрировало унылый вид на кирпичную кладку и самый краешек неба.
Джоанну неприятно поразило, насколько невзрачным и неуютным выглядело помещение. Особняк выходил на самые красивые сады в стране, однако кому-то из работников выделили комнату именно здесь. Хотя, кто бы это ни был, он максимально украсил пространство. На тумбочке возле кровати стояла изящная лампа с абажуром из стекла цвета морской волны. Спальня казалась болезненно аккуратной: на полу не осталось ни пылинки, а на белых простынях – ни складочки. Единственным элементом беспорядка служила книга на подушке – «Кентерберийские рассказы». Да, может, незаконченное письмо. Почерк выглядел по-старомодному вычурным.
И очень, очень знакомым. Джоанна пораженно присмотрелась. Сделала шаг вперед, по-прежнему держась рядом с дверью, чтобы вовремя услышать шаги. На гербовой бумаге красовалась русалка. А еще отпечатанное элегантным курсивом имя: Аарон Оливер.
Потребовалось несколько мгновений, чтобы осознать: крошечная спальня принадлежала ему.
Но почему он жил здесь, в этом холодном месте, отрезанный от роскоши остального дома? Джоанна воображала Аарона проводящим ночи в огромной кровати с балдахином, среди дамасского шелка и бархата. В собственных анфиладах комнат на верхних этажах. Но Оливеры решили спрятать сына главы семьи тут, в промороженной спальне, расположенной в крыле слуг.
Джоанна поборола побуждение сделать шаг за порог и прочитать письмо или заглянуть в шкаф. К глазам подступили слезы, и она сама не знала почему. Может, потому что она скучала по Аарону сильнее, чем ожидала? И понимала, что никогда не окажется к нему ближе, чем сейчас. А еще потому, что ненавидела саму мысль о его проживании вместе с теми, кто так его презирал.
Джоанна с трудом заставила себя отойти от спальни и тут же едва не подпрыгнула, услышав резкий звук открывающейся двери. «Аарон!» – мелькнуло в сознании. Но нет. В коридор из архива шагнули Рут и Джейми.
Кузина с победным видом помахала сестре, а Лю поспешил за Томом.
– Получилось? – шепотом спросила Джоанна.
– Узнали дату и адрес! – Рут кивнула.
Они отправились тем же маршрутом обратно. Несмотря на полученную информацию о местонахождении Ника, Джоанна по-прежнему не могла путешествовать во времени. Она опустила глаза на свое запястье. Существует ли способ снять наруч?
Она снова вскинула взгляд слишком поздно, чтобы избежать столкновения с кем-то при входе в оранжерею. Это была не Рут, а кто-то гораздо выше. Джоанна отлетела назад, едва не сбив с ног официанта с подносом, и краем сознания отметила, что рядом с ней что-то упало.
– Прошу меня простить, – послышался знакомый голос.
У Джоанны перехватило дыхание.
Даже издалека Аарон выглядел красивым, но вблизи производил совсем ошеломляющее впечатление. Маска идеально облегала лицо, подчеркивая глаза цвета неба перед штормом. Со стороны они с Джоанной наверняка казались парой в своих похожих черно-золотых нарядах, точно явились на праздник вместе.
Аарон задержал взгляд на собеседнице и медленно снял с себя маску.
Джоанна невольно потянулась к лицу, чтобы проверить, на месте ли ее собственная. И, к своему ужасу, прикоснулась к неприкрытой коже. Защищавшая глаза конструкция слетела с головы при столкновении.
Вспомнилось предупреждение Аарона в другой хронологической линии – ни в коем случае не приближаться к нему настолько, чтобы позволить увидеть цвет глаз.
Секунду казалось, что время застыло. Джоанна замерла, не смея пошевелиться. Лицо парня было напряжено от шока.
– Аарон, пожалуйста, – умоляюще произнесла она.
Звук ее голоса будто развеял чары. Выражение лица бывшего союзника исказилось от ненависти. Джоанна никогда не видела его таким.
Ей хотелось воскликнуть: «Ты же меня знаешь». Вот только это больше не соответствовало действительности. Он больше не помнил ни того, что отвел их в убежище матери, ни того, что они спасали друг другу жизни. Ни того, что Джоанна была ему дорога, как он сказал перед их расставанием. Не помнил ничего из этого.
– Охрана! Ко мне! – закричал Аарон.
И следом все завертелось, происходя одновременно. Появились мужчины в черных костюмах. Один из них схватил Джоанну за плечо. Другой заломил ей руки за спину. Переполненный ненавистью голос Аарона звучал почти как у его отца:
– Уведите ее! Она преступница. Враг совета монстров!
