При Андреасе имелась дорожная сумка, которую он бросил, поспешив мне на выручку. Теперь он поднял ее, взял меня под руку и повел в отель. В дверях мне вдруг пришло в голову, что мы можем наткнуться прямо на Мелиссу Конвей, которая наверняка еще ждет меня в комнате отдыха. Я хотела избежать этой неуместной встречи, поэтому сразу направилась на ресепшен и остановилась перед столом, за которым сидела Инга.
— Инга, в гостиной меня ожидает одна женщина, — сказала я. — Вас не затруднит передать ей, что мне пришлось подняться в свой номер?
Ответа я дожидаться не стала и, все еще опираясь на Андреаса, пошла к лестнице.
— Что это за женщина? — спросил он.
— Да так, — отмахнулась я. — Ничего важного.
Выдохнула я, только когда дверь за нами закрылась и мы оказались одни в комнате, которую я про себя окрестила апартаменты «Мунфлауэр». Андреас обвел одобрительным взглядом постель (простыни из египетского хлопка, плотность пятьсот нитей на дюйм), телевизор с плоским экраном, роскошный санузел.
— «Полидорус» отдыхает, — подытожил он.
— Зато у нас виды из окна лучше, — возразила я.
Я села на кровать. Андреас направился прямиком к мини-бару, взял миниатюрную бутылочку виски, налил в стакан, добавил воды. Потом подал мне и сел рядом. Я отпила глоток и почувствовала себя лучше, вот только не берусь сказать, от напитка или от того, что Андреас был рядом. Боюсь, я не до конца осознавала, как потрясло меня только что случившееся на улице.
— Ответь на мой вопрос, — сказала я. — Как ты сюда попал?
— Прилетел на самолете.
— Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду совсем другое! Все эти дни от тебя не было ни слуху ни духу. Я уже думала… — У меня перехватило горло. Не хотелось говорить, о чем я думала.
Он снова взял меня за руку.
— Agapiti mou
Мне следовало помнить про эту беду с компьютером. Незадолго до моего отъезда мы именно по этой причине лишились двух броней.
— Я нашел его только вчера вечером, — продолжил Андреас. — Сперва собирался позвонить, но потом решил вылететь утром первым рейсом. Хотел поговорить с тобой с глазу на глаз.
— Кто присматривает за отелем? — спросила я.
— Ну, за отель не беспокойся.
— Мне жаль, что я написала то письмо, Андреас. Мне жаль, что я вообще покинула Крит.
— Нет. Ты была права. — Он вздохнул. — Это моя вина. Я так старался заставить «Полидорус» работать, что совсем не думал о тебе. Нам уже давно пора поговорить, и, если ты чувствовала себя несчастной, тебе следовало сказать об этом, или я сам обязан был догадаться. «Полидорус» всегда был моей мечтой, не твоей, и допускаю, что я насильно скормил тебе эту идею. Но я не хочу потерять тебя из-за какого-то здания. Я могу продать его. Мой двоюродный брат способен присмотреть за отелем. Я хочу, чтобы мы были вместе, как прежде, и если это означает необходимость переехать в Лондон и начать все сначала, то так тому и быть. Я поступлю в школу учителем. Ты вернешься к работе в издательстве.
— Нет. Я не этого хочу. — Я крепче сжала его руку. — Я хочу быть с тобой. Вот и все.
Возможно, я думала о Кэти или была потрясена пережитым только что, но ум мой вдруг прояснился.
— Я не останусь здесь, Андреас, — продолжила я. — В большей или меньшей степени я сожгла свои корабли в Лондоне. Продала квартиру. И буду откровенна с тобой, издательская отрасль не ждет меня с распростертыми объятиями. Знаешь, если мне удастся заполучить какую-нибудь редактуру, пусть на основе фриланса, этого будет вполне достаточно. Просто книги всегда играли такую большую роль в моей жизни, что оказаться на Крите и не иметь вообще никакого касательства к ним… Это было слишком жестоко.
— Ты спрашивала насчет работы?
— Я обедала с одним приятелем, но это ничем не закончилось.
Про ужин с Крейгом Эндрюсом я рассказывать не стала. Из него тоже ничего не вышло, так что испытывать угрызений совести не стоило. По крайней мере, я себя в этом убедила.
— Ты простишь меня за этот мой побег?
— Тут не за что просить прощения.
— Я думала, ты злишься на меня. Думала, поэтому ты мне не отвечаешь.
— Не могу я на тебя злиться. Я люблю тебя.
Я допила виски. Это был первый мой налет на мини-бар со дня приезда, но в данный момент меня так подмывало вернуться домой и откупорить шампанское. Это напомнило мне о деле.
— Ты получил деньги от Лоуренса Трехерна? — осведомилась я.
— Пока нет.
— Я просила его перевести аванс на твое имя.
— Да не нужны мне деньги, Сьюзен. Особенно если ради них тебя готовы убить.
— Ладно, с моим великим расследованием так и так, наверное, уже покончено, — сказала я. — И мне абсолютно ничего не удалось выяснить. Нынче утром меня уволили. Лиза Трехерн хочет, чтобы я съехала завтра до двенадцати.
— Это та женщина, что встретилась нам на улице? — Андреас улыбнулся. — Я сразу понял, что она мне не по душе.
