– Не ожидал, что ты такой ублюдок, Шам. Мне казалось, что после того, через что тебе когда-то пришлось пройти, ты не станешь таким, как он.
А я не ожидал, что Рустам примет строну Леры!
– А что, собственно, тебя смущает, брат? Ты осуждаешь меня, что я решил развестись с женой, которая не просто мне изменила, а выставила видео своих утех на всеобщее обозрение?
– Ты так уверенно говоришь, как будто был там и свечку держал. И как будто уверен в том, что видео выложила именно она, – отбивает мои вопросы.
– Насчёт видео, возможно, я погорячился. Вряд ли она настолько идиотка. Но в любом случае, это её вина, что видео было снято и попало в сеть!
Меня бесит этот разговор. Брат носит ту же фамилию. И не может не понимать, что и сам оказался заложником этой ситуации.
– Тебе из-за границы виднее, конечно, что тут у нас происходит…
– И это ещё большой вопрос, как она оказалась с этим ублюдком. Я же просил тебя её везде сопровождать! – перехожу в открытое наступление.
– Во-первых, я ей не нянька, – заявляет раздражённо. – Во-вторых, у меня и своих дел полно. Я тебя предупреждал, что я далеко не всегда днём смогу её возить.
– Рустам, я знаю, что ты к моей жене неровно дышишь, – продолжаю нападать. – Скоро она будет свободна – и ты можешь сам жениться на ней, с гордостью носить ветвистые рога и умиляться роликами, на которых она развлекается с любовниками.
– Ладно, с тобой, судя по всему, разговаривать бесполезно. Ты уже её осудил и приговорил. И меня заодно, – резюмирует брат.
– А ты, что ли, в её адвокаты записался? Она всю нашу семью в дерьмо макнула, а тебе это по кайфу?
– Нет, Шамиль, не записывался. Как я понял, вы собираетесь провернуть развод втихаря, так, чтобы Лера узнала о нём уже задним числом. Шанс нанять адвоката и пободаться с вами в суде вы ей не оставляете, правда ведь? – в его голосе звучит презрение, и это мне вовсе не нравится.
– Почему это? – возмущаюсь его предположением. Я вовсе не подонок и не собираюсь ничего проворачивать втихаря. – Она получит повестку на судебное заседание и наймёт себе защитника, если захочет.
– Вот как? А по какому адресу вы ей повестку доставите? – не успокаивается Рустам.
– По месту регистрации, конечно. А в чём проблема?
– Хотя бы в том, что дома она не живёт ещё с тех пор, как это всё случилось.
– Не понял. Ты серьёзно? Я не знал, – новость меня шокирует. – Так она теперь с ним?
– С кем? С придурком, на которого по её заявлению дело завели? – возмущается моим предположением.
– Какое ещё дело?
Что там вообще происходит?
– Шамиль, а ты с Лерой об этом говорил или как? Она тебе рассказывала, что тогда произошло?
– Говорил. Но подробности меня не интересовали, что бы там ни случилось, я своё решение принял и менять не собираюсь, – отмахиваюсь. – К чему разговоры, если я знаю, что никогда не смогу её простить?
– Обычно прощают или не прощают человека, который в чём-то виноват, – брат бросает странную фразу. Неужели сомневается в том, что на видео – Лера? Так она этого сама не отрицает.
– А она, значит, белая и пушистая? По-твоему, это я виноват, что она раздвинула ноги перед первым встречным, ещё и в нашей с ней постели?!
Возмущён и взбешён словами брата.
– Как думаешь, Лера бы стала подавать в полицию заявление об изнасиловании, если бы, как ты выражаешься, раздвинула ноги добровольно?
Что за бред он несёт?
– А она подала заявление об изнасиловании? Я не знал. И что, дело открыли?
– Да, открыли. И Павленко этот под домашним арестом. Я, понятное дело, никаких подробностей не знаю. Так, только слухи ходят.
– Что за чушь? Судя по видео, у них там всё по обоюдному согласию, – отказываюсь верить в эту нелепую дичь.
– Ладно, оставайся при своём мнении. Я только прошу тебя сто раз подумать, прежде, чем опускаться до папиных методов.
Шамиль
После возвращения со стажировки я снимаю первое попавшееся жильё. Попытка забрать вещи из Лериной квартиры терпит неудачу. Замки она поменяла, на телефон не отвечает. Бешусь из-за этого, но выхода не вижу.
Принял для себя решение, что уволюсь из больницы и заберу документы из аспирантуры. Придётся уехать из этого города, от этого позора. Но для начала нужно найти работу где-то в другом месте, а это не так просто. Жизнь стремительно летит в пропасть. Как чувствовал, что не надо было ехать на эту стажировку. Может, всё сложилось бы иначе. Хотя что это за брак, если только муж за дверь, как жена отправляется искать приключения? Я снова в тупике. И как выбраться?
К родителям идти не хочу, стыдно смотреть им в глаза. Всё это время старательно избегал общения с ними. Лучше бы я к ним вообще не возвращался, отмываться от позора одному мне было бы легче. А так – ещё и совесть съедает, что впутал их в эту грязь.
С утра прихожу в отделение. Стучусь к Самохину подписать бумаги по стажировке. Потом нужно в отдел кадров сходить и расчётный отдел. Дмитрий Палыч подписывает.
– Твои вещи из Лериной квартиры в кладовке стоят. Забери.
