Боевой шлем позволял прицеливаться с увеличением вплоть до двадцатикратного. Метка на его экране показывала именно то место, в которое должна попасть пуля, с учетом всех поправок. Если же линия стрельбы оказывалась вне зоны прицеливания, то на экране загоралась стрелка с указанием градуса отклонения винтовочного ствола.
Ник сразу понял, что его славе лучшего стрелка пришел конец. В его искусстве уже не было особой необходимости. Теперь, после небольшой тренировки, очень заурядный стрелок мог устойчиво поражать малоподвижные цели на расстоянии до полукилометра.
Стал излишним тренаж по быстрой замене магазинов. Винтовка могла запитываться лентой и, кроме приставных магазинов, комплектовалась ранцевым на триста патронов с гибким лентоводом. Это оружие считалось высшим достижением ханурийской конструкторской мысли. Но некоторые поговаривали, что оно - лишь упрощенная копия коммерческого образца, захваченного ханурийскими спецназовцами за пять лет до этого у мятежников Истана.
Конвой дошел до сорок второго километра, но пока оставалось только гадать, вылетел вертолет или нет. В крайнем случае, Степ не имел желания лишний раз связываться со штабом. Он вызвал по рации командира второго взвода: ,, Эд, пару передних машин - в середину колонны. " Тотчас два броневика выехали из строя и, обгоняя бензовозы, рванули вперед.
Капитан Степ давно считал войну очень паршивой штукой. Раньше, когда приходилось ездить верхом на старых броневиках, было совсем плохо. Потом на вооружение поступили специальные машины сопровождения с двухслойной броней и кондиционерами, но появилась новая напасть. Все переговоры и вся стрельба записывались автоматически. Записывался так же и весь обзор при движении командирской машины. Времена, когда ход боя можно было как угодно переврать в отчете, безнадежно прошли. Теперь, прокручивая запись, штабные крысы могли вдоволь потешиться над тем, как безграмотен командир взвода в своем первом бою, и как бывает глуп контуженый командир роты.
Обещанный вертолет появился только на сорок девятом километре. Но он все-же появился, а это подтвердило, что забота штаба о безопасности колонны - отнюдь не пустой звук.
Короткими очередями ударил по ближнему склону пулемет на головной машине. Это проверка. Наводчик заметил какое-то изменение с прошлого рейса и проверяет местность. Около дороги бывает полно всякой чертовщины. Ее притаскивают по ночам местные пацаны. Как правило, это что-то напоминающее, изготовившегося к стрельбе, чуть замаскированного гранатометчика. На сей раз особого сходства вероятно нет, иначе бы заработала пушка.
Первые пятнадцать лет войны силы сопровождения изрядно помучались на дорогах Тагирии. Бронетранспортеры были прекрасной мишенью для гранатометчиков и едущие внутри них часто оказывались в жареном виде. Тех, кто ехали на броне, мятежники иногда ,,сдували" одной пулеметной очередью. Десант, успевший спешиться, обычно оказывался в никудышном положении, неся большие и бесполезные потери от снайперского огня.
Танк был неуязвим для ручных гранатометов, но на дороге его место на трейлере. Сопровождение колонн, едущими по дороге танками, выводило из строя как сами дороги, так и ходовую часть танков. Наконец конструкторская мысль породила специальную машину сопровождения. Колесный броневик с экипажем из двух человек имел мощное вооружение и бронирование. Отказ от десантного отделения позволил ограничиться самыми минимальными габаритами.
В чистом, безоблачном небе вертолет нарезал круги в экономичном режиме, но представлялось очевидным, что никакая бережливость не позволит ему проводить колонну до опорного пункта.
Пятидесятый километр - начало подъема на перевал Баланди - главного препятствия первого этапа пути. Перевал был в общем-то незначительный.
Для порожняка он не представлял особого препятствия, но для груженых бензовозов двадцать два километра, хоть и небольшого подъема, грозили затянуться часа на два.
,, Эх, разогнаться бы перед подъемом ! " - тоскливо подумал Ник. Но горячий воздух плохо охлаждал моторы грузовиков, не позволяя использовать их на полную мощность. Там, где по-холодку машины свободно шли на седьмой передаче, водители уже включили четвертую, стараясь хоть как-то продолжить движение.
Пятидесятый километр - контрольная точка. Как положено, Степ вышел на связь с базой. ,, Прошли пол сотни ", - доложился он. Но его доклад не вызвал у руководства положительных эмоций.
