Здравствуй, дружок! Не узнал? Это же я, Ловец Безликого Трибунала! Ой, а что это у тебя потекло по ногам? Никак признал? Помнишь, как мама в детстве говорила? "Не будешь слушаться и кушать кашку — дядя Ловец придет и тебя заберет!"И вот я тут! Что же ты не съел ту кашку? Ладно, шучу! Я здесь не из-за нее. Да не трясись, честное слово, никакой больше каши! Ладно, что тут у нас? Ты был очень плохим мальчиком, раз за тобой послали не абы кого, а ловца из Первой Сотни. Мы, знаешь ли, не по кашкам. Какой из трех Незыблемых Законов ты нарушил? Э, братец, да ты убийца! Ай-яй-яй, окончательное убийство. Ты, дебил, не тело убил, а разрушил чью-то душу, обрекая ее вечно скитаться за пределами Древа! А это определенно посерьезнее каши. Не волнуйся, дружок, Трибунал справедлив. Одну душу разрушил ты, одну разрушу я! Где бы нам найти подходящую душу. Ты не знаешь случаем подходящей? Нет? Ну ладно, кажется, у меня появилась идея… Эх, забавный ты парень! Хочешь открою секрет? Будет БЕЗУМНО БОЛЬНО!Примечания автора:Полная версия книги бесплатно:)
Человек кричал. Он кричал страшно и протяжно, запрокинув голову к небу, захлебываясь от боли и глотая кровь, стекающую из его пустых глазниц, совсем недавно развороченных палачом. Но все равно он не мог перекричать толпу, собравшуюся вокруг него. Его крик просто утонул в воплях, потерявших человеческий облик, существ, которые еще утром были его знакомыми и друзьями. Человек был примотан проволокой к просмоленному столбу, стоящему посредине огромного костра. Пламя еще не успело подобраться к нему слишком близко, но его тело уже ощущало жар огня, равномерно приближающегося к нему со всех сторон.
— Твари неблагодарные!!! Чтоб вы все сдохли, су-у-уки-и-и!!! — прокричал он в толпу.
Но из-за всеобщего рева, его крик не был услышан даже в первых рядах.
Человек начал задыхаться. Он уже не мог нормально дышать, раскаленный воздух обжигал его гортань; огонь подступал все ближе и ближе, выжигая на своем пути кислород. Едкий дым окутал искалеченного мага; его легкие разрывались, в тщетной попытке поймать хоть глоток свежего воздуха.
Он вздрогнул от неожиданности, коснувшись подбородком невысокого стоячего воротничка своего старого армейского мундира. Так вот значит, что на него надевали перед тем, как привязать к столбу. Эти глупцы решили, что так казнь будет выглядеть более пафосно и память о ней останется в назидание, еще остающимся на свободе, мятежным военным магам.
Чуть повернув голову, человек схватился зубами за левый уголок не застегнутого воротничка и несильно сжал челюсть. Тихо хрустнуло стекло небольшой ампулы, которую он самолично вшил в мундир, еще с полгода назад. Тело мага моментально обмякло, повиснув в опутывающей его проволоке безвольной куклой.
Он не доставил беснующейся толпе удовольствия от лицезрения своей агонии; несомненно забавно смешной для этого стада и мучительно позорной для него. Его убили не они, человек умер от своего зелья добровольно, а значит он никогда больше не переродится заново под солнцем этого загнивающего мира.
Маг умер по собственной воле и нужной ему смертью, а значит он получил свой шанс. Шанс на возрождение в другом мире.
Человек широко распахнул глаза и тут же зажмурился от ослепившего его яркого света. Ощупав себя руками, он понял, что абсолютно гол, а поводив ими по земле рядом с собой, догадался, что лежит на траве, густой и невысокой. Не открывая веки, маг перевернулся на живот и попытался встать. С третьей попытки он все же умудрился подняться на четвереньки, и шаря перед собой, выставленной вперед рукой, осторожно пополз вперед — в никуда. Через несколько метров он наткнулся на какую-то преграду и начал ощупывать поверхность препятствия. Убедившись в его монолитности, тяжело поднялся на ноги, вплотную прислонил к нему свое лицо и начал снова, но теперь уже медленно, приоткрывать глаза.
Он стоял, прижавшись лбом к холодному листу металла. Перед глазами еще плавали световые круги, но через них уже отчетливо были различимы лохмотья облупившейся, некогда зеленой краски. И ржавчины, цвета запекшейся крови, которая мгновенно напомнила ему, что сотворил с его глазами палач. Человек рефлекторно схватился руками за лицо, ощупывая глазные впадины. Глаза, естественно, оказались на месте, и он тихо хохотнул над собственной глупостью:
Он сделал пару шагов назад и несколько раз быстро сморгнув, попытался взглядом окинуть преграду целиком. В мозгу забрезжила догадка, а еще через десяток секунд внимательного визуального осмотра, память услужливо подсказала — это танк. Вернее, это когда-то было частью огромного танка. Башней, с двумя вынесенными из нее по бокам, независимыми орудиями странной формы.
