Ёнг-Хо прошёл дальше. Комната Отдыха Каиван находилась в самой глубокой части подземелья, и в этой комнате, что была чуть больше спальни Ёнг-Хо, он активировал Силу Алчности.
Желание. Ожидание. Страстное стремление.
Ёнг-Хо полностью настроил на них разум. Алчность выплеснулась из тела Ёнг-Хо, словно огонь, и, разделившись на множество частей, начала обыскивать все помещения. Ёнг-Хо снова собрал все части в один поток. Часть, окутавшая Каталину, стала основой. Алчность, соединённая в единое целое, указывала в одном направлении.
Ёнг-Хо вдруг вспомнил тот момент, когда впервые столкнулся с Аамоном.
Ёнг-Хо шёл за Алчностью, а потом увидел герб на стене с изображением волка, глотающего луну, Ёнг-Хо положил на него руку. Мана пробудила силу, текущую в крови потомка Дома Маммон.
Стена за гербом заскрипела и открылась, совсем как в фильмах. Проход, который обнаружился за этой стеной, был настолько узок, что в него можно было протиснуться лишь по одному.
Алчность продолжала вести Ёнг-Хо. Тот сглотнул. Когда он оглянулся на Каталину, та быстро вытащила осветительный прибор и протянула ему.
— Я пойду вперёд, — сказал Ёнг-Хо Каталине, когда та отдала ему прибор.
Каталина могла видеть в темноте, но так как Ёнг-Хо вела Алчность, ему было целесообразнее идти впереди. Девушка замешкалась, — всё же она — страж, но потом согласилась пустить Ёнг-Хо вперёд.
Проход оказался длиннее, чем он представлялся. Холодная тьма поглощала и свет, и звук, а глубокая тишина не давала расслышать даже звук собственных шагов. Это подавляло Ёнг-Хо и Каталину.
Ёнг-Хо продолжал идти. Но несколькими мгновениями позже замер. И не потому, что проход закончился.
Ёнг-Хо не чувствовал Люсию, которая постоянно была с ним на связи. Хотя Ёнг-Хо был внутри подземелья, казалось, что он вышел за его пределы. Ёнг-Хо чувствовал, что связь оборвалась. Но когда он потерял связь с Люсией? Или связь оборвалась сразу, как только они вошли в проход?
Связь с Люсией обрывалась. Ёнг-Хо вздрогнул. Наверное, этот проход для неё — вне досягаемости, Люсия не может его контролировать. Но это его не остановило. Ёнг-Хо шёл туда, куда вела Алчность. Чуть позже тьма поглотила и время. Ёнг-Хо не мог сказать, сколько он уже идёт по проходу.
Ещё шаг.
Алчность вдруг исчезла. И хотя Ёнг-Хо по-прежнему шёл в темноте, он разглядел большую дверь. Герб с изображением дракона, правящего миром. Ёнг-Хо ещё не протянул руку, как дверь отворилась. Тьму поглотил яркий свет.
— Добро пожаловать на Арену Дома Маммон, — приветствовал его незнакомый голос.
Глубокий, грубоватый голос принадлежал женщине. Перед ним был тёмный каменный коридор. Он был шире тайного хода. По нему вряд могли пройти четверо.
Ёнг-Хо глубоко вдохнул и огляделся. Вообще за той дверью, через которую он прошёл, должна была быть другая дверь, однако вместо неё его взору открылся длинный коридор.
Каталина насторожилась, она смотрела прямо перед собой. Ёнг-Хо тоже заметил впереди женщину. Она была одета в длинное чёрное платье. Ещё на ней была серая безликая маска, так что он не мог видеть её лицо. Если бы платье не облегало тело женщины, Ёнг-Хо бы даже не понял, что перед ним женщина.
Выказав Ёнг-Хо своё уважение, женщина выпрямилась. Ёнг-Хо занервничал, услышав слова "Арена Дома Маммон". Женщина подошла ближе. Теперь она говорила тише и сдержаннее.
— Тот, кто нашёл Арену, как твоё имя? И как имя твоего отца?
Когда женщина приблизилась, Каталина дёрнулась. Ёнг-Хо жестом успокоил её и, глядя прямо в безликую маску, сказал:
— Чун Ёнг-Хо. Новый глава Дома Маммон. Моего отца зовут Чун До И.
Женщина ответила не сразу. Может, это лишь его воображение, но Ёнг-Хо показалось, что она смущена и сбита с толку. Прежде чем он мог бы сказать — почему, женщина подошла ещё ближе. И спросила уже нетерпеливее:
— Тогда как звали твоего деда...
— Довольно, — вмешался другой голос.
Очень большая рука разделила Ёнг-Хо и женщину в маске.
Новый голос прозвучал неожиданно, они не ощутили присутствие его обладателя, поэтому Каталина была захвачена врасплох и вытащила оружие. Ёнг-Хо попятился.
Голос принадлежал Гиганту, одетому в чёрный костюм. У этого Гиганта были красная кожа, два рога на лбу и длинный красный хвост сзади. В голову Ёнг-Хо разом пришли Офелия и Элигор. Гигант смотрел на Ёнг-Хо, поглаживая бороду, и улыбался.
— Пожалуйста, простите грубость моего ассистента. Моё имя — Гусион, я — распорядитель Арены.
Лучшее, что Ёнг-Хо должен был сделать, это поприветствовать его в ответ. Но Ёнг-Хо не мог из-за внезапно пришедшей в голову странной мысли. Ёнг-Хо заметил, что в поведении женщины, стоявшей перед Гусионом, сквозило нетерпение. Это была нелепая мысль. Доказательств недостаточно. Но у него было предчувствие.
— Каиван?
Нетерпеливая женщина вздрогнула. Она оглянулась на Гусиона, и её улыбка стала какой-то кривой. Каталина смотрела на Гусиона, по её лицу катился пот.
Потом он услышал:
— Ты — потомок Кайенна? Как поживает Кайенн?
