— Я сказал: довольно! — взорвался Гигант.
Внезапно его сила захлестнула всё. Женщина, исступлённо задававшая вопросы, с болезненным стоном осела на пол. Каталина задрожала. Она помнила, что должна защищать Ёнг-Хо, так что она сумела подняться, но это всё, что она могла сделать. Предел.
Гусион пристально смотрел на Ёнг-Хо. Из-за взрыва подавляющей энергии Гусиона казалось, что он в любой момент готов прихлопнуть Ёнг-Хо на месте.
Огонь. Это не был зелёный огонь, представлявший душу Ёнг-Хо. Пламя Красного Лотоса вырвалось и оттолкнуло давящую энергию Гусиона. На этот раз на лице Гусиона сменилось сразу несколько выражений. Гнев, потрясение и... радость, которую он просто не мог сдержать!
— Аамон?! Это, правда, Аамон?!
Аамон ответил. Пламя Красного Лотоса стало больше и прекраснее. Чудовищный голос заполнил всё пространство коридора:
— На колени перед Королём Алчности! Гусион, тот, кто обладает сверхчеловеческой силой! Дух Маммона!
Противостояния с этим Гигантом было более, чем достаточно, чтобы уничтожить всё вокруг. Каталина не выдержала и начала падать, но Ёнг-Хо удержал её за талию. В огне Красного Лотоса вспыхнуло зелёное пламя.
Гусион смотрел на Ёнг-Хо. А Ёнг-Хо смотрел на Гусиона.
Несмотря на напряжённую атмосферу, Гусион сказал:
— Дух Маммона, Гусион, признаёт возвращение Короля Алчности.
Он не преклонил колена. Казалось, на самом деле Гусион испытывает Ёнг-Хо. Парня это не заботило, и вместо того, чтобы продолжать игру в гляделки с Гусионом, он осмотрелся по сторонам. Не потому, что боялся Гусиона. Он смотрел на женщину, которая, тяжело дыша, сидела на полу.
Её маска упала. А глаза переполняло отчаяние, разочарование и смущение, но не ярость. Плотно сжав губы, женщина невольно выразила чувства, которые не могла скрыть.
Ёнг-Хо был уверен. Он узнаёт её лицо и голос. Глава Дома, затерявшаяся среди праха. Каиван, Демон Король Искажения. Это была она.
Ёнг-Хо чувствoвал в рукаx какое-то напряжение.
Когда Каиван поняла, что Ёнг-Xо — не сын Кайенна, её младшего брата, она была разочарована. Hо Каиван не могла это так оставить. Может быть, он — потомок Кайенна. Может, не сын, а внук или правнук. Она даже спросила, как поживает её брат.
Однако Каиван не могла долго говорить. Кроме собственных чувств, ей хотелось сказать ещё очень многое. Ей просто не позволили говорить. Губы Каиван не слушались, только беззвучно кривились. Ёнг-Хо знал, почему.
Гусион. Он контролировал Каиван. Гусион не разрешал ей говорить.
Ёнг-Хо мог это представить. Он также догадывался, каким образом Каиван оказалась жива, несмотря на все слухи о её смерти.
Гусион продолжал смотреть на Ёнг-Хо. Холодно. B его глазах отражались разные эмоции, очевидно, Гусиону он не нравился.
Ёнг-Хо ощутил сопротивление Гусиона. Он словно поддался импульсу. Возможно, из-за Каиван. Ёнг-Хо впервые видел её так близко. Они никогда раньше не говорили. Но Ёнг-Хо всегда чувствовал благодарность к ней. Он жалел её, а после того, как он понял, как сильно Каиван любила младшего брата, испытал тёплое чувство по отношению к ней. Ёнг-Хо не знал подробностей, но когда понял, что Гусион контролирует её, ему это не понравилось.
— Кайенном звали главу Дома два поколения назад. С тех пор, как вы исчезли, прошли десятилетия, — проинформировал
Ёнг-Хо.
В глазах Каиван отразились сильные эмоции. Она задохнулась, услышав о своём брате. Она хотела услышать ещё. И тогда Ёнг-Хо понял, что допустил ошибку.
Каиван ожидала этого. Когда она исчезла, ей было около двадцати лет. Её брат, Кайенн, был подростком, так что если даже ему было больше десяти, то высока вероятность, что он всё ещё был бы жив.
Смогла бы она встретиться со своим братом? Насколько это было возможно? Смогла бы она воссоединиться с ним?
Каиван не могла открыть рот. Не могла продолжать беседу и не хотела слышать, что все считали её мёртвой. Каиван отчаянно хотела увидеть его. По её бледным щекам потекли слёзы. Вместо привычных яростных глаз, на Ёнг-Хо смотрели глаза, полные самых разных эмоций, и Ёнг-Хо почувствовал сожаление.
Он был главой два поколения назад. Неважно, была ли это случайная гибель, или он просто умер в молодом возрасте, но скорее всего, он — мёртв. Каиван не учла эту возможность. Нет, она намеренно отрицала её, игнорировала.
Каиван перевела взгляд на палец Ёнг-Хо. Кольцо, которое она отдала брату. Объект, заключающий в себе Силу Искажения.
Ты — преемник Кайенна. Ты — его внук? В твоих жилах течёт его кровь?
Ёнг-Хо казалось, что он слышит её. Её мысли звучали с таким отчаянием, что было больно смотреть.
Скажи мне. Скажи мне. Скажи мне что-нибудь, что угодно! Это был молчаливый крик. И он был полностью заблокирован. Когда Гусион поставил между ними руку, тьма поглотила Каиван. Тьма укрыла даже то место, где она стояла.
Ёнг-Хо пристально посмотрел на Гусиона. Тот наслаждался его взглядом. Он наслаждался тем, как зол был Ёнг-Хо, всем своим видом Гигант предлагал подойти к нему.
