Она была далеко, так что Ёнг-Хо не мог разглядеть её. Но от неё исходило неудержимое тепло, которое Ёнг-Хо чувствовал. Если он крикнет, возможно, Каиван его услышит. Но юноша не мог произнести ни единого слова. Что он скажет ей сейчас? Что её младший брат заболел и умер? Что он потерял всё, чего добилась его любящая сестра, и до последнего вздоха чувствовал себя виноватым?
B конце концов, ему придётся сказать. Но сейчас — не время. Только не сейчас.
Ёнг-Хо снова развернулся. Хотя тело Стального Вола исчезло, на его месте по-прежнему оставалась светящаяся лужица, очень похожая на искажение, которое он видел раньше.
Сгусток чистой маны.
Арена Маммона создавалась не только для того, чтобы будущие поколения получали боевой опыт и разные артефакты. Возможно, этот сгусток маны и был его наградой за победу над Мастером Этажа.
Ёнг-Хо, не колеблясь, протянул к нему левую руку. Цветная мана закружилась и всосалась в его руку.
То же самое происходило, когда он поглощал рядовых духов. Никакой разницы. Он чувствовал безмерное удовольствие от ощущения увеличения собственной маны.
Но спустя несколько мгновений, Ёнг-Хо ощутил нечто странное. Мана была не такой, как у других поглощённых им духов. Не только Алчность, но и собственная кровь, текущая в его жилах, просто кричала, что она — совсем другая.
Следы магической силы короля оставались в мане Ёнг-Хо и Каиван, но это было нечто большее, куда большее. Это была настоящая мана самого Маммона. Когда Ёнг-Хо это понял, он испытал ещё большее удовольствие. От чистоты и силы маны предка захватывало дух.
Сила предка.
Величайшая часть силы, которая служила истоком королевского Дома Маммон.
Если сравнивать абсолютное количество чистой маны, её было меньше, чем он получил, когда победил Фораса. Но она действовала иначе. Всё тело Ёнг-Хо отзывалось на силу Маммона, и эффект энергии поистине потрясал.
Каиван — настоящий гений. В этот момент она тоже трудилась изо всех сил. Даже сейчас Каиван была чрезвычайно сильна для своего возраста. Как это возможно? Что делало её по-настоящему сильной?
Теперь Ёнг-Хо разгадал эту загадку. Её сделала сильной Арена Маммона. Сила предков Дома Маммон её пробудила. И Ёнг— Хо на этом не остановится. В тот момент, когда сила Маммона заставила его дух затрепетать от восторга, появился навык, который открыл ему глаза.
В глазах Ёнг-Хо полыхнуло зелёное пламя. Весь накопленный с самого начала боя с Форасом опыт кричал ему об этом.
Развитие. Стремление. Стремление вперёд!
Вот что двигало всеми, включая Гусиона. Ёнг-Хо больше не мог сдерживаться. Алчность из самой глубины его тела подстёгивала его. А Сила Эволюции лишь поощряла Алчность.
Ёнг-Хо окутал свет. Всё его тело охватило зелёное пламя, оно разгоралось всё сильнее. Духи были поражены. Даже Каталина не могла совладать с собой. Но больше всех был удивлён кое-кто другой.
Гусион встал со своего кресла. На миг он утратил дар речи. А потом, не оборачиваясь, выкрикнул:
— Это действительно Сила Эволюции?!
Аамон не ответил. Ответ на вопрос Гусиона стоял прямо перед ним.
Ёнг-Хо зарычал. Взлетело зелёное пламя и, рассыпавшись на мелкие кусочки, пропало.
Третий рог на лбу Ёнг-Хо тоже пропал. На двух рогах, расположенных над ушами, появились новые рога.
Четвёртый рог. Количество рогов показывало, насколько сильна мана их владельца. Ёнг-Хо не развивал свою ману. Он разнял её и создал новый набор. Она была больше и глубже, чем раньше, и теперь ощущалась как более мощная.
Изменился не только Ёнг-Хо. В семействе демонов появление ещё одного рога — переломный момент для того, у кого он появляется.
Из тела Каталины хлестала чёрная мана, его окутало что-то вроде тени. И внутри этой тени, обхватив себя руками, стояла Каталина. Вырвавшийся у неё крик боли обернулся криком радости. На роге над правым ухом вырос ещё один. Третий. Поскольку Каталина заключила договор с Домом Маммон, это повлияло и на неё лично. Каталина поднялась на ступень выше на том пути, который делила с Ёнг-Хо, нет, со своим королём. Окутавшая её тень исчезла. Покрытая потом, Каталина упала на пол, тяжело дыша. Каталина была так измучена, что каждый вдох давался с трудом, но на её лице сияла радость.
Трансформация Ёнг-Хо и Каталины произошла почти одновременно и закончилась тоже. Ёнг-Хо глубоко вздохнул. Прикрыв глаза, он наслаждался своим преображением.
Благодаря четвёртому рогу, его мана и физическая сила чрезвычайно выросли. Юноша чувствовал и преображение Каталины. Элигор и Череп были за пределами Арены Маммона, так что их он не ощущал, но он видел преображение Каталины, и этого было более, чем достаточно.
Когда Ёнг-Хо, успокоившись, открыл глаза, перед ним появились две светящиеся коробки.
Наверняка, это была награда, обещанная прямо перед началом боя. Но прежде чем Ёнг-Хо взял одну из коробок, кое-что внезапно изменилось. За двумя светящимися коробками возникла ещё одна.
Юноша хотел спросить Люсию, но не успел даже открыть рот. Его чувства были действительно тонки, и он видел намерения Гусиона.
