Надо признать, что характерной чертой всех планов белой стороны является отсутствие хотя бы намека на политическое его обеспечение. Следует, однако, по справедливости отметить, что Деникин, вовремя разгадавший основную идею красных о разделении его армий на две части, сумел, несмотря на катастрофическое положение своих войск и безупречную деятельность нашей конницы, вывести войска из-под ударов и хоть с жалкими остатками уйти за реку Дон. […] С другой стороны, все поведение генерала Врангеля, мечтавшего о захвате власти в свои руки, было направлено к подрыву авторитета ставки, и только одна Добровольческая армия не нарушала нормального порядка взаимоотношений […] распущенность и самостийность старших войсковых начальников довершали отрицательную характеристику методов управления».
В то же время Егоров отмечал: «Красные армии в этом отношении находились в совершенно другом и несомненно более выгодном положении. Метод живого, постоянного руководства высшего командования, частое личное общение с подчиненными при своевременной постановке задач войскам не могли не способствовать успеху. Однако отрицательным фактором в управлении являлась громоздкость всех наших штабных аппаратов, начиная со штабов бригад и кончая фронтовыми управлениями; впрочем, это обстоятельство в значительной мере сглаживалось стремлением командования всех степеней стать ближе к войскам и к их боевой работе, минуя штабные аппараты, принимая во внимание организационную неслаженность и техническую неустойчивость последних».
Заканчивая свой труд, Александр Ильич Егоров признавал: «Мы с гордостью и восхищением оглядываемся на путь, пройденный бойцами армий Южного фронта. В условиях напряженной борьбы, неслыханно тяжелых боевых испытаний, терпя голод и холод, армии в полном сознании своего долга перед пролетарской революцией шли в бой, терпели поражения и одерживали победы, пока не нанесли окончательного удара войскам контрреволюции. Тот энтузиазм, ту волю к победе, какую несли в себе боевые части 1919 г., трудящиеся Советской страны не забудут и в будущую войну».
* * *После решения столь важной задачи части Южного фронта (Егоров – Петин, член РВС Сталин) были переведены на запад. Отбросив противника от Киева и Екатеринослава, красноармейцы в конце января подошли к Одессе. Главные силы 41-й дивизии и бригада Котовского начали наступление на город.
6 февраля одесситы узнали из расклеенных по всему городу афиш, что вся власть в городе и его окрестностях перешла к галицийскому штабу во главе с «отаманом Зегожем», который будет управлять Одессой от имени Директории УНР.
В ночь на 7 февраля командующий белогвардейскими войсками Новороссии генерал Шиллинг со своим штабом покинул город, перейдя на пароход «Анатолий Молчанов».
Рано утром части 41-й стрелковой дивизии Красной армии вошли в северо-восточные рабочие пригороды Одессы Пересыпь и Куяльник. Посланная в обход кавалерийская бригада Котовского заняла железнодорожную станцию Одесса-Товарная.
