— Да, слушаю тебя внимательно, — голос Строева выдавал его усталость, но он постарался собраться с силами, и на лице его заиграла осторожная улыбка.
— То, о чём вы говорили, видимо, никак не связано с «Мигами»?
— Только косвенно, да и то сомневаюсь. Скорее, это связано лишь с Объектом 5.
Строев смело встретил буравящий взгляд генерала Донского. Наверно, не было ничего удивительного, что в эту ночь они были едва ли не самыми бодрствующими людьми в Управлении. Так со времён их молодости и повелось: когда одному хреново, то и второй не может уснуть.
— Ты упомянул о Меценате, — сказал Донской. — Я, кажется, знаю, кто это такой. Это прозвище одного богатея, Авангарда Стоцкого. Кстати, нынешние катакомбы Объекта 5 сейчас принадлежат его частной компании, он их выкупил ещё в девяностых через подставных лиц. Умело шифруется уже много лет, но тем не менее он и есть прямой владелец института, который ворочает всеми средствами. Объект 5 должны были закрыть, но он вложил в него деньги и повесил новую вывеску…
— Я знаю историю Объекта, — обронил Стоцкий.
— Не сомневаюсь. В своё время о нём ведь чудные слухи ходили. В шестидесятых там держали целое КБ гениальных инженеров во главе с каким-то немцем из тех, что привезли в Союз после войны — то ли физиком, то ли фокусником. В общем, говорят, он там чудеса творил, пока не доигрался во время одного из своих экспериментов, так что его самого пришлось со стен соскребать. Физики — они такие, рисковые парни, в общем… Но по-моему, ты не о том думаешь, играешь в какие-то шпионские игры, когда над тобой завис дамоклов меч! Ты знаешь, что весь этот вечер я провёл в обществе целой коллегии из Минооброны. Речь шла, как ты понимаешь, о «Мигах». Три катастрофы за последние два месяца — это не слабо, а? Помнится, расследование доверили твоему отделу. Так вот, как друг должен тебя предостеречь: если следствие не сдвинется с мёртвой точки, ты знаешь, что полетит в первую очередь твоя голова, а уж потом, возможно, и моя…
— Ладно, — отмахнулся Строев, — не пугай! В моей практике было и похлеще. А что, эти вояки из Минооброны так и молчат, как партизаны? Не хотят выдавать секретов оборонки?
— И не выдадут. Наверное, считают «Миги» своей нераздельной собственностью.
— Так что же они хотят? Отдали бы нам чертежи, допустили к рабочей группе. В конце концов, причиной целой серии аварий может быть их собственная техническая недоработка. Я бы, если честно, прощупал их самих, всю их подноготную.
— Они считают, что это может быть теракт.
Неожиданно Строев взорвался:
— Ну, конечно, теракт, мать их за ногу! А может, это НЛО?! Маленькие зелёные человечки так и норовят подпортить малину нашим ВВС, не могут уснуть, чтоб не взорвать какой-нибудь экспериментальный самолёт!
Донской снисходительно переждал эту короткую вспышку гнева своего друга.
— Ну, хорошо, согласен, ты не получил достаточно информации о самолётах. Но речь идёт о миллионах, может быть, миллиардах и не рублей, а баксов! Это чуть ли не самый дорогой проект оборонки. Короче говоря, ты возглавляешь отдел по решению именно этих проблем, тебе и расхлебывать кашу!..
— Вот спасибо, дорогой! — воскликнул Строев. — Ну что, осмелюсь предположить, что это моё последнее дело и, видимо, скоро пора на пенсию. Пойми, Никита, сейчас я не способен что-то изменить. Чего бы не хотели от нас вояки, на этот раз они дадут нам прикурить.
Некоторое время в кабинете царила напряжённая тишина. Словно в ответ на реплику своего друга, Донской невозмутимо закурил сигарету. За этим занятием он долго и пристально смотрел на Строева, выглядевшего чрезвычайно расстроенным и нервозным.
Докурив сигарету и расплющив окурок в пепельнице, Донской нарушил тишину:
— Должен признать, господа военные были непреклонны, почти все из них упрямые болваны, ничего не поделаешь. Но среди них оказался один мой старый знакомый, теперь он генерал ВВС, вполне образованный товарищ. Так вот, он-то по секрету и передал мне вот эту любопытную вещицу, — с этими словами он положил на стол флешку. — Рекомендую просмотреть, не пожалеешь.
— Что это? — с интересом спросил Строев.
— Запись, снятая с бортового самописца, да-да, мой дорогой, мы её заполучили! Чёрные ящики были на всех самолётах. Бортовой самописец первого по техническим причинам расшифровать не удалось, но вот со вторым «Мигом» повезло больше… Скажу лишь, что это что-то примечательное!
— Что же ты мне голову морочишь! А ну, посмотрим, — Строев схватил флешку и, вставив в разъём компьютера, воззрился на экран монитора.
— Здесь самое важное, что было записано, — резюмировал Донской. — Несколько последних минут полёта, а потом истребитель рухнул вниз. Только учти: то, что ты увидишь не поддается логическому анализу. Это что-то сверхъестественное…
— Что же это? — в нетерпении Строев уставился на монитор.
