Такое чувство, что мои зрачки будто направляют в него невидимый луч жажды мести, тем самым немного освободив основной сосуд от плотного запаса зарядов ярости. Воспользовавшись неким облегчением, думаю, стоит добавить:
– Ты даже посмел дать нашему спасению имя!
Марк так и не сменил своего места, но на его лице я вижу теперь … ничего. Его мимика молчит! Я не знаю и даже предположить не могу, что он чувствует или о чем думает. Тем не менее, я не остановлюсь:
– Колыбель! Значит, вот как ты уже назвал планету, способную избавить нас от мучений, но так и не удосужился пересилить туда людей! Почему?! …Почему?! Марк!!! – я не удержала этот крик души. Некогда непобедимый в моих глазах мужчина, меня больше не страшит. Мне мало было повысить голос, вдобавок я угрожающе подскочила на ноги.
– Экосистема и цикл Колыбели не подходит…
– Не подходит?! – я жестко оборвала бессмысленный без доли вероятности на правду лепет Марка. В своем голосе я не намерена скрывать яркий окрас негодования. – Не смей! Больше никогда не смей даже пытаться строить нелепую чушь! Если ты еще не понял, я озвучу! Наивная и восхищающаяся твоим умом девочка давно погибла, перед тобой ученый осмелюсь заявить равный тебе! Будь добр привести мне весомые аргументы нашей невысадки на потенциальную Землю!
– Колыбель… она…
Очевидно даже ребенку, Марк растерян. Он заикается, подыскивая оправдание своему очередному абсурдному поступку. Его глаза бесцельно блуждают в пространстве, пытаясь подыскать ответ, способный удовлетворить меня.
– Но она действительно отличается от Земли, – вдруг я услышала его дрожащий голос.
Это и есть – убедительно?! Ерунда! Либо я выведу его на чистую воду, либо… Еще не знаю, но мне ужасно страшно выяснить второй вариант.
– То есть я, по-твоему, голословно заявила, что нашла нам дом?! И даже не удосужилась проверить пригодность планеты для нас? Марк! Да я месяцами изучала ее! Десяток дроидов были отправлены мной для взятия проб. Я не только обнаружила жизнь, мне удалось поймать и изучить несколько образцов. Еще…
– Кайра! – резко прервал меня Марк и немного сократил между нами расстояние. Его лицо явно озабочено чем-то. – Ты спускалась на ее поверхность? – Сейчас он точно напуган, тому свидетельствует не только его напряженный голос, но и выпущенные на волю глаза.
– Нет, мне достаточно было собранных данных. Тогда…
Я вдруг вспомнила этот манящий соблазн преодолеть атмосферу жизнедающей планеты, чтобы увидеть все созданные ей красоты своими глазами, собственной кожей ощутить ветер, солнце, почву и побаловать свое обоняние местными запахами природы. Но этому не суждено было случиться, и я не прочь поделиться с Марком причиной тому:
– Не буду скрывать, я хотела приземлиться, очень хотела! Но у меня были основания этого не делать, как объективные, так и не очень. Никто не знал, где я, даже Мекс, поэтому, если бы что-то пошло не так… Сам, думаю, понимаешь. В случае форс-мажора с кваерером, я могла остаться там и не вернуться. Тогда, возможно, люди никогда бы не нашли ни этой планеты, ни меня.
– Очень хорошо, – выдохнул Марк, получив, видимо, устроивший его ответ, и тут же заинтересовался моим откровением: – Ну, а субъективные причины каковы?
– Марк, столько лет не видя почвы под ногами и ощутив ее снова, как быстро ты бы осмелился снова оторваться от нее?
На мои слова, он лишь положительно покачал головой, а я добавила:
– Вот и я боялась вопреки своему долгу перед семьей и всеми людьми на длительное время задержаться на… Колыбели. Ты же так ее назвал?
Мой гнев снова улетучивался. Как же быстро я поддаюсь смене эмоций. Надеюсь, в данном случае подобная переменчивость поможет мне. Логично, что мне любопытно, почему именно такое имя выбрал Марк. Я давно поняла, что всем его решениями есть причина, пусть даже не подвластная моему разумению.
– Потому что я, как и ты, хотел и думал, что она станет оплотом для людей. А что иное, как ни колыбель, способно успокоить и приютить блуждающее дитя.
Конечно, его ответ более чем мне понятен и я, как ни странно, теперь одобряю его выбор. Интересно, как и я совсем недавно, он сравнивает людей с детьми. Но, какие бы сантименты в этот момент не прокрались в мою душу, я услышала в его ответе не менее весомые слова.
– Ты хотел? Но что тебя остановило?
Опять это выражение на его лице. Появление и смена друг друга одних и тех же чувств. Растерянность, страх, гнев.
– Как я и сказал, эта планета не пригодна для нас.
Перед тем, как произнести эти слова, Марк кардинально изменился. На нем больше не было никаких выражений. Его тело стало прямым и твердым, будто колонна музея. Вот она! Знакомая мне личина безразличия. Чтобы самой изобразить подобный холод, мне нужно заблокировать всю свою эмоциональность. Хочется думать, что и ему тоже, но… я очень в этом сомневаюсь. Неужели, он все-таки и есть сухарь.
– Нет, – разочарование опустило мою голову.
Не могу я больше злиться. Он будто выпивает мои силы каждый раз, когда уходит от ответа и со временем, как сейчас во мне образуется пустота. Обреченная на провал, я хочу добавить лишь одно:
