— Нельзя верить никому, Фаэ. Посмотри на нас. Мы здесь никто. С нами не считаются. А почему? Потому что мы не умеем вести игру. Весь заговор Гретаны увенчался успехом лишь потому, что мы примкнули к нему. И кто об этом помнит? Нас использовали и отбросили в сторону. Потому что мы не умеем интриговать. Мы умеем лишь действовать. Работать. Не плести интриги и заговоры. И сейчас мы лишь делаем черную работу. Остальные борются за власть — Гораций Молас, островитяне. Все наперебой льют Гретане в уши то, что ей приятно слышать. И то, что выгодно им самим. — Ионах, сам того не ведая, повторял речи принцессы Келитаны. — Очень скоро мы потеряем все, что имеем — если не сменим тактику. Мы оставались в стороне от придворных игр, считали их детскими забавами. Но это не так. Это наша возня с посевами и строительными работами — детские забавы. От нее не останется ничего, разные паразиты разрушат или приберут к рукам все, что мы сделали, если мы не научимся играть по их правилам.
— И как мы должны играть?
— Надо найти союзников при дворе. Тех, кто разбирается в таких играх и умеет вести их. Тех, кто недоволен островитянами и их растущим влиянием. Надо примкнуть к партии. Или создать свою.
— Как ты заговорил, — хмыкнула Фелион. — Как заправский интриган.
— Пытаюсь напялить на себя шкуру оного, — хохотнул в ответ Ионах. — Потому что если не так, то нам с тобой придется сделать то, что посоветовал Вартах — бросить все и удалиться в леса и горы. И наблюдать со стороны, как стервятники раздирают эту злосчастную страну по кусочкам.
— И как мы будем искать партию, к которой примкнуть? Или создавать?
— Пусть твой Гиран поможет тебе в этом. Он аристократ. Он учился в Академии. Он говорит, что предан тебе. Говори с ним. Пусть он рассказывает тебе о придворных, о принцах и сановниках. Кто они, чем живут, во что верят. На кого можно положиться, а кого лучше избегать. Не сообщай ему наших целей. Ему ни к чему знать, пока мы не уверились в его надежности. Просто спрашивай и слушай.
Фелион задумчиво проговорила:
— Ты прав… Мы не приспособлены к подобным играм. Мне претит сама мысль использовать этого мальчишку, чтобы выведать дворцовые тайны. Задавать ему вопросы с подковерным смыслом. Но ты истинно говоришь — у нас нет выбора, иначе нас сметут с пути и разорвут страну на части. Я попробую поговорить с ним. Он хочет стать моим учеником. Пусть сначала сам поучит меня…
В огромном и пустом зале Бродячего Айлена собрались четырнадцать детей и волшебница Эйтана. Доди и шестилетняя девочка-фея играли в другой комнате под присмотром леди Беделин. Двое младших детей были слишком маленькими, чтобы осваивать магическое искусство. В центре зала лежала большая куча камней разных форм и размеров. Леди Эйтана указала пальцем на ближайший к ней камень, и он с грохотом взорвался, как праздничная петарда. Каменная крошка взметнулась в воздух и осела на пол горсткой щебенки.
— Повторить, — распорядилась волшебница. — Ты.
Она ткнула пальцем в семнадцатилетнюю Ираис. Жест очень походил на тот, которым Эйтана раскрошила камень. Странно, что фея тоже не разлетелась на кусочки под пальцем магички. Ираис помотала головой.
— Мне не нравится это волшебство. Я не хочу его повторять. Мне больше по душе магия леди Беделин. Она вырастила цветок прямо у нас на глазах.
— На уроках леди Беделин ты будешь делать то, что велит леди Беделин, — прошипела Эйтана. — На моих уроках — то, что велю я.
Ей хотелось сказать, что леди Беделин дура и учит их глупостям, потому что ничего толкового не умеет. Но — этика и честь Академии запрещали негативно отзываться о коллеге-преподавателе перед учениками, как бы ты сам ни относился и к коллеге, и к ученикам…
— Немедленно воспроизведи заклинание, — приказала она девушке.
— Я не хочу.
Упрямица поднялась с пола, повернулась к Эйтане спиной и отошла в угол огромного зала. Волшебница растерянно моргнула, думая, как ей быть. Воевать с упрямицей, которая явно не сдастся — ослабить собственное реноме. Лучше проигнорировать ее, а потом уже разобраться. Эйтана оглядела остальных. Тринадцать детей съежились под ее грозным и гневным взглядом.
— Кажется, ваша подружка просто не выучила заклинание, и теперь приводит фальшивые доводы, чтобы избежать наказания за невыполненное домашнее задание. Она одна такая? Или среди вас есть и другие лодыри? Ты! Тебя ведь зовут Дерх, не так ли?
— Ну.
— Что ты сказал?!
— Меня зовут Дерх, — басовито ответил пятнадцатилетний парень. Рановато у него голос сломался. Да и мускулатура довольно развита для его возраста. Эйтана окинула мальчишку привычным оценивающим взглядом, умело маскируя женский интерес под маской высокомерия и превосходства.
— Ты забыл кое-что добавить.
— Дерх Гало. Сын Волаха Гало, которому такие как вы прочистили мозги и послали на фронт, на верную смерть.
— Мне плевать, чей ты сын. Ты должен обращаться ко мне учтиво. Я твой педагог. Ты должен говорить "миледи", когда отвечаешь мне.
